Эмбрионы в глубинах времени полностью

Среди ныне живущих рептилий насиживание яиц в гнезде известно только для змей семейства ложноногих и широко распространено у питонов. Многие змеи, если они находятся у гнезда, ищут пищу. Прямое свидетельство этого известно из мела западной Индии, где останки почти полного скелета змеи Sanajeh indicus были обнаружены обвившимися вокруг недавно проклюнувшегося яйца в гнезде динозавра-зауропода. Другие особи змей, ассоциированные с кладками яиц на этом же местонахождении ископаемых остатков, поддерживают догадку о том, что происходило их кормление молодыми динозаврами. Такие ископаемые остатки образовались при весьма особенных обстоятельствах. Очевидно, в данном случае образование отложений и захоронение в мелкозернистом осадке были необычно быстрыми, вероятно, ускорившись во время бури.

Существуют также другие виды инкубации, кроме яиц в гнезде. Среди позвоночных множество разнообразных примеров демонстрируют рыбы и лягушки. Инкубация у рыб и амфибий относится к таким случаям, когда эмбрионы удерживаются где-нибудь на теле или внутри него, но не в яйцеводах. Существует великое разнообразие местоположений яиц, в которых происходит их инкубация: в желудке, в выводковых сумках на спине, в голосовых мешках, в сумках в паху, или же во рту.[34]

Темноспондил Trimerorhachis, обычный в пермских отложениях Техаса, вероятнее всего, демонстрирует пример особого вида инкубации среди ископаемых наземных позвоночных. В области глоточных мешков взрослого животного были обнаружены остатки очень мелких особей, что даёт возможность предполагать, что животное было занято инкубацией в тот момент, когда умерло и затем сохранилось в ископаемом состоянии. Альтернативная интерпретация находки — это каннибализм по отношению к собственной молоди. Но кажется более вероятным, что этот хищник с острыми зубами и мощными челюстями питался рыбой и другими позвоночными с помощью своей пасти, а не молодью своего собственного вида с помощью жабр.[35]

В противоположность знаменитым случаям находок эмбрионов динозавров и других рептилий в летописи окаменелостей, ископаемые эмбрионы млекопитающих являются очень редкими, спорными, или представляют собой главным образом лишь курьёз из-за плохой сохранности. Эмбрионы редки даже в местонахождениях, известных благодаря исключительной сохранности ископаемых взрослых млекопитающих. Большинство млекопитающих обладает репродуктивной стратегией, при которой они рождают слаборазвитых, незрелых детёнышей, что делает маловероятным обнаружение эмбрионов. Чаще встречаются ископаемые остатки зародышей млекопитающих тех видов, которые выработали «выводковый» тип появления потомства: более долгая беременность, меньший размер выводка и больше масса тела взрослой особи. Вероятно, мы никогда не узнаем продолжительность беременности у ископаемых видов, но во многих случаях мы сможем узнать размер выводка. Лошадиные эмбрионы из эоценовых местонахождений Германии показывают, что самки вынашивали только один плод, показывая, что ранние лошади в процессе эволюции выработали стратегию рождения немногочисленного потомства, вероятно, сочетающегося с интенсивной родительской заботой. Это типичная стратегия для стадных копытных, и она соотносится с гипотезой о том, что эоценовые лошади жили стадами, основанной на высокой частоте встречаемости ископаемых остатков в некоторых местонахождениях. В одном случае образование из мягких тканей, окружающее зародыш, было с уверенностью интерпретировано как плацента.[36]

Небольшой размер выводка также был зарегистрирован для других хорошо сохранившихся ископаемых млекопитающих. Скелет ореодонта Merycoidodon culbertsoni из олигоцена Южной Дакоты, вымершего родственника парнокопытных (Cetartiodactyla), демонстрирует наличие в тазовой области двух хрупких, но довольно полных черепов, которые были описаны как «близнецы» в матке.