Я вызвал по сети Главное Управление Службы Космической Охраны и Наблюдения и поговорив с начальником школы СКОНа. Меня тут же приняли в ученики. Но до камуфляжного бикра, брони и оружия было еще очень далеко…
Начальник спросил, выбрал ли я уже себе наставника. Я никого из ско не знал, и мне было безразлично. Тогда начальник покопался в базе данных и связался с каким-то незнакомым ско. Спросил, не хочет ли тот взять ученика (за ученика им полагались какие-то надбавки к зарплате). Ско без лишних слов согласился. Звали его Валтэн Нори. На следующий день мы встретились с ним в холле Управления.
Нори пришел без всякого бикра, в темном строгом костюме. Был он сухой, не очень высокий, стремительный, голос глуховатый. Не молодой уже. Глаза орехового цвета поблескивали на смугловатом лице. Он быстро окинул меня взглядом, словно оценивая. И по-моему, остался не очень доволен результатом. Я слегка обиделся про себя.
Врач ведь меня здорово починил. И все это время я делал упражнения — вначале медицинские, потом по спортивной программе. Тело очень быстро менялось, хотя занимался я не так уж много. Помогли наностимуляторы. Нервная проводимость резко увеличивается, запоминание мгновенное, автоматизмы закрепляются не после тысячи повторений, а после пятидесяти. Мышцы растут, как на дрожжах. Это то же самое, что для интеллектуальной деятельности — мнемоизлучатель. Таким образом за полгода занятий я стал совершенно другим человеком. Внешне, во всяком случае. Мне теперь и в зеркало было приятно на себя посмотреть. Никаких шрамов, чистая загорелая кожа, мышцы так и перекатываются буграми. Даже фигура оказалась совсем неплохая — плечи и грудная клетка раздались, бедра узкие… А вот моему наставнику, видно, что-то не понравилось.
Он протянул мне жилистую сухую руку.
— Валтэн.
— Ландзо, — буркнул я. Меня уже проинформировали, что наставника принято называть по имени, но на «Вы».
— Сколько тебе лет, Ландзо?
— Двадцать один.
— Я бы дал меньше, — заметил Валтэн, — ты эмигрант? Откуда?
— С Анзоры.
— И — давно?
— Почти полгода. Минимум я сдал…
— Понятно. — Валтэн присел в кресло. Я последовал его примеру.
— Значит так, Ландзо… подготовка ско состоит из четырех разделов. Первый — юридический… история, законы, обычаи миров. Желательно знать как можно больше, хотя пределов совершенствованию тут нет. Второй — основы медицины, и прочие неободимые теоретические знания… например, планетография. Практическая психология. Это чтобы не всегда сразу стрелять… Третий — физическая и боевая подготовка. Четвертый — пилотирование и навигация. Между прочим, нам гораздо больше придется заниматься всякими маневрами в космосе и вообще — кораблем, чем обычно думают. Преследование противника в космосе, бой в пространстве и в атмосфере… это практически рутина. Всем этим ты будешь заниматься на протяжении трех или четырех лет… Но еще в обучение входит три патруля. Год практики, то есть три раза по четыре месяца. Летать будешь со мной. Возможно, если я не найду напарника, будем летать вдвоем, хотя это не рекомендуется. Я из патруля вернулся две недели назад. У нас есть три с половиной месяца, чтобы ты за это время сдал первый минимум. То, что необходимо, чтобы выйти в космос. Ландером ты, конечно, не владеешь…
Я покачал головой. Только что начал занятия на симуляторе… какое там.
— Значит, будешь учиться сразу на звездолете… в смысле, сразу третий класс — малый патрульный. Рэстаном я с тобой буду заниматься сам. Инструкторам не доверяю. Стрельбой тоже. Заниматься будем три раза в неделю, остальное время — самостоятельно… Два раза в неделю спецтренировки в аэроцентре, каждый день — симулятор. Ну а теорию будешь изучать самостоятельно, я тебе пришлю программу. Договорились?
— Конечно, — радостно согласился я.
Так началась для меня новая жизнь. Через несколько дней мы отпраздновали Новый Год. Я встречал его с Марком, Мирой и их детьми. Ирна с Геррином тоже приглашали, но мне все же легче было с Марком. Я впервые узнал, что это такое — когда гуляет вся Коринта. Когда всю ночь светло, как днем, и небо усыпано разноцветными искрами кораблей, ландеров, флаеров, воздушных площадок… это же особый шик — встретить Новый Год в воздухе. И холодное море до края заполнено кораблями и плотами. И вся набережная полна людей, музыки, танцев. И фейерверки сверху и снизу, и опускающиеся медленно парашютисты в светящихся костюмах, и многочисленные концерты на маленьких эстрадах в Бетрисанде.
В эту ночь нельзя чувствовать себя одиноким и чужим… в эту ночь все одиноки — и все вместе.
И потом, сразу после Нового Года, я начал учиться на ско.
Моя свобода немедленно куда-то улетучилась, и вот теперь я был по-настоящему вполне доволен. Хотя приходилось и трудно. Но разве сравнить эту трудность учения, в результате которого ты становишься все умнее, сильнее, старше — с прежними моими проблемами. С Марком мы теперь почти не встречались, а вскоре он улетел в экспедицию, а с Мирой я и вовсе чувствовал себя неловко.
