Льюсилла явно не ожидала, что он так быстро согласится. Магичка удовлетворенно кивнула – как же, потешила свое эго! – и вновь вернулась к проблеме обучения:
– Имей ввиду, чтобы от моих усилий был эффект, ты должен убедить свою жену не оспаривать каждое мое слово! Желательно было, конечно, чтоб она меня поддерживала… А еще лучше сама переняла хоть что‑то. Но, как я понимаю, это нереально.
– Я поговорю с Арикой, – пожал Жорот плечами.
Он не собирался ничего обещать, но считал, что договориться с женой вполне возможно.
– То же касается и тебя. Я не собираюсь подрывать твое главенство, но если ты будешь показывать пример, согласись, близнецы быстрей и легче воспримут то, что должно…
– Подожди, – Жорот уставился на Льюсиллу, – Речь идет только о близнецах? Я правильно понял?
Магичка передернула плечами
– Я могу заниматься и с девчонкой, но это как заставлять слона танцевать. Твои дети хотя бы наполовину принадлежат к должному роду, их имеет смысл обучать. А девчонка будет сильным магом, но она плебей по крови и сути. И неразумно вдалбливать ей то, что она не в состоянии воспринять.
Колдун ощутил ярость – бешенную, практически неконтролируемую. Избранные, особенные, мать твою! Подонки, кичащиеся непонятно чем! Он прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. И только когда мужчина почувствовал, что точно не пришибет эту высокомерную стерву, он озвучил то, что вертелось на языке. Старательно опуская эмоциональные эпитеты.
– Наша семья не эталон в отношении этикета. Но у нас существуют определенные правила, и тебе придется их придерживаться. Всякий намек на разделение детей на своих, чужих, аристократов, плебеев – неприемлем. Как и высокомерное отношение к Роджеру и Лонгу. И если ты не в состоянии поступиться своими предрассудками, ни о каком принятии не может быть и речи.
Льюсилла равнодушно кивнула:
– Как скажешь.
Уступчивость женщины с одной стороны успокоила, с другой насторожила.
– Надеюсь, мы правильно поняли друг друга, и ты не станешь пытаться доказать мою неправоту любыми способами?
– Ро, – поморщилась Льюсилла. – Когда ты поймешь и поверишь, что я согласилась играть на твоей стороне? Безусловно, я буду с тобой спорить. Хотя бы потому, что в некоторых вещах разбираюсь лучше тебя. Но не при посторонних, так что о подрыве авторитета можешь не нервничать. А распоряжения по поводу «равенства» вообще спорам не подлежат. Это твоя семья. Но и расхлебывать свою глупость будешь сам. Со временем.
Роджер и Арика выслушали немногословный пересказ Жоротом беседы с сестрой. Причем высказывание о «плебействе» Атаны колдун благоразумно опустил, прекрасно осознавая, что обострять и так не блещущие приязнью отношения между женой и сестрой не стоит. Робот, устроившийся на подлокотнике кресла, в котором сидела Арика, задумчиво заметил:
– Я прочел четыре наиболее популярных уложения о правилах поведения в различных общественных слоях Клана. А Льюсилла может дополнить их практическими комментариями… Всю эту информацию имеет смысл передать Лонгу, и тогда дети действительно будут под постоянным контролем. Это, конечно, им не понравится, но результат будет стоить затраченных усилий.
– Да уж, «не понравится» – не то слово, – пробормотала Арика. – Так резко в одночасье закрутить гайки…
Колдун ожидал возражений со стороны жены и готовился ее переубеждать. Но, оказалось, не понадобилось.
– …Ничего, переживут, – решительно закончила женщина. И поморщилась:
– Придется вспомнить Проверку. Вот только насколько этикет, который я знаю, совпадет с местным…
– Если твой «проверочный» этикет вообще реален, – усмехнулся робот.
– Я узнавала, – рассеянно отозвалась женщина. – Он соответствует миру, где я жила с Сержем.
Колдун вздрогнул. Он понял, что Арика «узнавала» отнюдь не только об этикете. А разыскивала тех, с кем была знакома в Проверке.
– Нашла кого‑нибудь?
– Нет, – не удивляясь и не уточняя, о чем он, покачала головой жена. – Да и странно было бы.
– Скорее странно, что не нашла, – заметил колдун. – Разве Силы еще и временную зависимость соблюли, и твои знакомые еще не родились.
– Хочешь сказать, у тебя через двести лет будут неприятности, подобные Проверке? – вскинулась женщина.
– Вряд ли. А вот твоя жизнь была смоделирована на удивление реалистично.
Жорот, поспешивший успокоить Арику, ничуть не врал. У него было необъяснимое, но довольно четкое ощущение, что Проверка становится для него все менее реальной, уходит в кошмары и сны. А свою иллюзию жена так легко отпустить не могла. Или не хотела.
