В процессе выдирания третьей на него вновь навалилось обездвиживание. Очнулись, с‑суки!
Ворвавшиеся охранники опять приволокли его в "операционную". Вновь распластали на столе, зафиксировали. Над ним склонился мужчина, на этот раз без маски. Но по голосу вампир его узнал – как раз тот, кто запихивал в него железки.
– Датчики тебе доставляют боль, неприятные ощущения? – уточнил человек.
– Нет, я .... просто .... от того, что вы напихали меня всякой дрянью! – ощерился Хеннер.
Мужчина недобро прищурился, резюмировал:
– Решил добавить мне работы. Знаешь, а я ведь могу делать её по‑разному. Могу быстро и относительно не больно, а могу и наоборот. Результат будет тот же, а как он достигнут, никого не заинтересует.
– Аж .... ..... весь, дрожу и плачу, – огрызнулся вампир.
Нашёл чем пугать, с‑скотина!
– Пережил день "визжалки" и думаешь, ничего хуже быть не может? – усмехнулся тот, словно читая мысли. – Очень скоро поймёшь, насколько ты ошибаешься. Ладно. Что с тобой время терять.
Он за десять минут вернул все три датчика на старые места. Один, без помощников, на этот раз не озаботившись анестезией. Впрочем, Хеннер и не рассчитывал, понимая, церемониться с ним не станут. Костоправ сгрудил окровавленные инструменты в коробку и, перед тем, как выйти, сообщил:
– Учти, заставишь меня ещё раз дурной работой заниматься – выпорю. Плеть с серебром, заживлять раны будешь долго.
Че‑го?! Вконец охренел?!!!!! Он что, пацан сопливый? Или эти ..... .... считают, что уже раз он, Хеннер, к ним попал, то теперь раб, собственность, со всеми потрохами?
– Убью, – негромко, но убедительно, с соответствующими интонациями, пообещал вампир.
Хеннер, если честно, отнюдь не рассчитывал на то, что его прямо так сразу испугаются и не тронут. Реально‑то он сопротивляться был не в состоянии. Но не спускать же беспредельное хамство! Да и зарубку "на память" сделать однозначно стоит – пока жив, всегда есть шанс выпутаться! И о "счетах" к кое‑кому Хеннер забывать не собирался, так почему бы ещё не прибавить "должничков"?
Но на врача рык вампира, пусть и беспомощного, явно произвёл впечатление. Костоправ нервно дёрнулся, покосился на пленника и поторопился исчезнуть. Считай, сбежал. Вампир успел отчётливо ощутить запах страха – несмотря на то, что Хеннер был обездвижен и привязан, а человек за щитом.
После водворения обратно в "спальню" вампир какое‑то время приходил в себя. Кстати, выдранные в прошлый раз датчики исчезли, в комнате в его отсутствие прибрались.
Наконец отголоски боли утихли, перестали дрожать руки, да и вообще, Хеннер оклемался. Не забыл напиться – после всего жажда мучила неплохо так... Вновь вырастил когти и, устроившись на полу, опять взялся "самооперироваться".
На этот раз Хеннер только и успел, что вытащить первый датчик и вспороть кожу напротив второго. Всё повторилось – обездвиживание, конвоиры и уже знакомая до чёртиков операционная. Взбешённый хирург молча запихнул обратно приборчик, небрежно залечил обе раны и вышел.
Порка так и осталась лишь угрозой – костоправ явно порядком перетрусил, хоть Хеннер так и не понял, с какого рожна человек такой нервный. Но безнаказаным пленника не оставили. Вместо "спальни" Хеннера отправили на ночь в небольшую клетку – он там даже выпрямиться не мог. Только сесть кое‑как, согнувшись в три погибели. Что, впрочем, не помешало ему опять взяться за выдирание датчиков. Самое проблемное было снять перед "операцией" одежду... А получившиеся в результате лохмотья пытаться одеть ещё раз смысла не было. Ну и черт с ним.
От последней, двенадцатой железки, вампир освободился спустя пару часов. На этот раз его не прерывали... Прогресс.
Свернулся клубком – лечь по‑другому не получалось – и спокойно заснул.
С утра пораньше его разбудили и опять отволокли в операционную. Только с этого дня хирург был другой – вампир это определил по запаху. Новый костоправ не открывал своего лица и никогда не заговаривал с пленником – молча проделывал необходимые манипуляции и исчезал. Идиоты. При желании Хеннер легко узнал бы его – опять‑таки по запаху.
Маги поняли, что вампир не собирался терпеть вживлённые датчики. Но и отступаться тоже не желали. Теперь Хеннеру запихивали датчики непосредственно перед тем, как отправить его в "пыточную". А как ещё назвать безликую комнату, где над вампиром измывались, буквально, часами?
Судя по всему, "исследования" шли на регенерацию – Хеннера последовательно калечили, раз от раза всё сильней. И до тех пор, пока он полностью не регенирировал, не выпускали в "спальню".
Причём если вампир в "пыточной" пытался вырвать датчики, его скручивало такой болью, что Хеннер терял сознание. Зато оказавшись в "спальне" вампир в первую очередь "самооперировался", зашвыривал выдранные железки в угол и шёл спать. Ему давали отдохнуть несколько часов, максимум – сутки, и всё начиналось сначала – операция, пытки, регенерация.
