Только мы вошли, я дала ему виски, а сама бросилась в ванную, вычистила зубы и вылила на себя полфлакона Мининых духов. Потом я бросилась в спальню и убрала с ночного столика детектив Жоржетты Хейер, заменив ее парой интеллектуальных французских романов, взятых с полки.
- Где ты научилась так наливать? - спросил он, когда я вошла в гостиную.
- Я одно время подрабатывала в баре.
- Это семикратная доза, - сказал он, залпом допивая виски.
- У меня сейчас все перед глазами в семикратном размере, - сказала я. Я столько сегодня выпила, что вижу и семерых тебя. Великолепная семерка, надо сказать.
- Значит, можно приступать к оргии. Планы Энни в конце концов реализуются.
Я с покорным видом села на софу. Он сел рядом.
- Ну и как? Приступим? - Он не сводил с меня глаз, но и не шевелился.
Я судорожно придумывала, что бы сказать.
- Подожди, - сказал он. - Тебе что-то попало в волосы.
Я так никогда и не узнала, было ли там что-нибудь на самом деле. Но он сделал движение, как будто вынимал что-то, и, придвинувшись ближе ко мне, с неподвижным лицом поцеловал меня.
Ощутив укоры совести, я попыталась оттолкнуть его.
- Я пойду сварю кофе, - пробормотала я. - Ты же знаешь, я помолвлена с Седриком, ему бы это не понравилось.
- Замолчи, - сказал он мягко. Очень медленно он расстегнул все булавки, скреплявшие мое платье - сначала ту, что соединяла лиф и плечико, потом маленькую золоченую под замком "молнии" и, наконец, две, на которых держался мой лифчик без бретелек.
Обнаженная до пояса, я не могла двинуться с места.
- Ренуаровская девушка, точно! - сказал он негромко.
"Остановись, прекрати это!" - сказала я себе, но так и не шевельнулась.
Проснулась я уже утром. Я не закрыла как следует шторы, и солнце жгло мне глаза лазерным лучом. Но еще более жгучей была улыбка Седрика, смотревшего прямо на меня с фотографии. Умирая от жажды, я потянулась за стоявшим на столе стаканом, сделала глоток, и меня чуть не вырвало. В стакане было виски.
Осторожно шевельнув рукой, я чуть не взвизгнула, наткнувшись на чье-то тело. Это Седрик. Я застонала. Нет, Седрик в Норфолке, собирает под свои знамена правоверных. В моей постели лежал неверный. Откинув простыню, я осмотрела его и с первого же взгляда обнаружила, что безупречный вкус не изменяет мне и в состоянии опьянения. И в очередной раз убедилась в том, что соображения мне все-таки не хватает, иначе я не оказалась бы в постели с первым встречным.
С трудом припоминая события вчерашнего вечера, я взглянула на часы. Половина одиннадцатого. Он должен встретиться с кем-то в одиннадцать по поводу картин. Я встала и умылась. Лицо у меня было в пятнах. Кое-как приведя его в порядок, я бросила в стакан с водой пригоршню зельтерских таблеток. Подождав, пока они растворились и осела пена, я выпила и вернулась в постель.
Мне кажется, Рори был все еще пьян, когда я разбудила его. Он встал, раздвинул шторы и достал сигарету.
- Что случилось вчера?
- О, Рори, - взвыла я, - разве ты ничего не помнишь?
- Я помню дождливое детство среди овец в Шотландии, как меня выгнали сначала из Хэрроу, а потом из Оксфорда. Я помню, как приехал в Лондон продать свои картины. А потом - провал в памяти. Помню только бесконечные попойки.
- Мы были у Энни Ричмонд.
- Так, так.
- Мы оба там порядочно выпили и приехали сюда.
- Так, так, так. - Он снова улегся в смятую постель. - А дальше что?
- Боже мой, неужели ты не помнишь?
- Ну и как, ничего получилось? - В его тоне не было ни малейшего смущения, одно любопытство.
- Ты был великолепен, и в этом-то весь и ужас! - Я зарылась лицом в подушку и разрыдалась.
Он гладил меня по голове, но я не успокаивалась.
- Я вообще не такая. Я не ловлю мужчин и не сплю с первым встречным. По крайней мере, не в последнее время. А тебе лучше поторопиться, у тебя с кем-то встреча в одиннадцать.
- Да, да. - Он медленно поднялся и начал одеваться. Я чувствовала себя совершенно несчастной, но попыталась обратить все в шутку.
- Не воображай, пожалуйста, что я получила огромное удовольствие от нашей встречи. Ничего подобного, - я презрительно фыркнула.
Он засмеялся. Когда он оделся и порезался, бреясь Нининой пластиковой бритвой, то вернулся в спальню.
- Запомни в точности, что случилось прошлой ночью. Когда я примусь за мемуары, мне понадобится твоя помощь.
Я застонала, натягивая себе на голову подушку.
- Пока, - сказал он.
Я испытала все муки ада, гадая, вернется он или нет. Я ругала себя за то, что имела глупость пойти к Энни, за то, что позволила Рори соблазнить себя. Но, хотя он и не помнил ничего, это было изумительное ощущение, после которого мне с Седриком просто делать будет нечего.
Трижды звонил телефон. Каждый раз спрашивали Нину и каждый раз звонившему доставалось за то, что он не Рори. В четыре часа, сообразив, что он не вернется, я встала, приняла ванну, проплакала час, а потом налила себе огромную порцию виски. Дурные привычки прививаются быстро. Скоро я начну походя жевать что-нибудь между едой.
