Девичник плавно перетек в праздник, когда выяснилось, что Амалия ждет второго ребенка. Эмили осторожно следила за реакцией Иветы, гадая, почему же та за столько лет не предприняла попытку забеременеть еще раз? Нет, они в семье были близки, но до определенного возраста все её считали маленькой для такого рода тем. Но даже сейчас почему-то было сложно заговаривать о таком. Средняя сестра, в отличие от Лали, была немного своеобразной в этом плане. Ей всегда было важно быть безупречной, самой-самой. И теперь, когда не всё в жизни гладко, будто ушла в себя на пару слоев. Как бы, не всё потеряно, но связь с миром иногда жестко обрывается. Да и как тут судить? Не каждый сможет справиться с ее ситуацией — больным малышом и, похоже, изменами мужа.
— С ума сойти, а ведь всего этого могло не быть! — возглас Лали возвращает Эмили обратно в гостиную их нового дома, заставляя вникнуть в суть.
— Да. Возможно, я до сих пор жила бы с Марселем…
Её жестко потряхивает от этой фразы, хотя она и сохраняет внешнее спокойствие.
Да, почти как в кино. Девушка была «женой» Марселя, жившей с ним на протяжении многих лет в качестве кого угодно, но не жены. Никаких интимных отношений. Их связывало нечто другое, более духовное. А потом после случайной встречи с Лали и Антоном в кафе, где талантливый хореограф предложил ей работу, узнав, что та тоже профессионально танцевала, жизнь Амалии перевернулась. Они полюбили друг друга, и позже, когда всё стало явно, поженились.
— А почему ты не ушла от него раньше, если вы не были никогда близки? — решается задать вопрос, мучавший еще с фееричной сцены в кузнице, когда Антон произнес чистосердечное признание.
Амалия печально улыбнулась и подняла прямой взгляд на неё. От этого Эмили стало немного не по себе. Будто та видела истинный мотив в таком интересе.
— Не хотела. Знаешь, я, впрочем, как и сам Марс, уже успела поставить на себе крест. Унизительная ситуация остаться никем при таком раскладе вынуждала меня волочить странное существование. Повезло же попасть в аварию, пока тебя похищает твой будущий муж. Видеть «жениха» собранным по кускам, не зная, выживет ли он в итоге. А затем услышать от него короткое «Уходи», учитывая, что дома после всего тебя уже и не примут нормально. У Марселя была очень плохая репутация.
— Да? — ей казалось, она даже дыхание затаила, слушая эту историю.
— Да, это так, — усмехнулась Лали. — Он, бывало, пугал меня одним своим видом. Я и так не ладила с Ваграмом, а когда их вдвоем видела, меняла направление на все сто восемьдесят градусов.
— Называя вещи своими именами, Марсель реально был конченом ублюдком, — вдруг подала голос молчавшая Ивета, чем несказанно удивила присутствующих, — даже в моем окружении попадались девочки, которые были с ним очень тесно знакомы…
Определенно точно этот разговор злил её всё больше и больше. Никакой конкретики — оценочные суждения трех девиц, решивших довести до исступления самую ярую слушательницу.
— Это правда, он пользовался популярностью. Мало тех, кто устоял бы перед брутальным нахалом, дерзость которого переходила все границы. При этом его с большой натяжкой можно было назвать красавцем в общепринятом плане. Но харизма, глаза прожженного дьявола… — Амалия отпила немного сока, и Эмили едва ли не отобрала у нее стакан, считая, что та делает это слишком медленно, — остроумие, начитанность, обещание какого-то заоблачного счастья… Марсель умел посмотреть так, чтобы ты почувствовала себя единственной.
Младшая Тер-Грикурова нервно сцепила пальцы, отбросив попытки унять уколы ревности. Очень мило! Значит, в этом городе много дамочек, которых облагородил господин Бавеянц.
— Ну, я не стала исключением. Просто со мной пришлось повозиться дольше в силу характера, принципов и воспитания. Ни-ни до свадьбы, это ж табу. Смешно звучит сейчас, когда в глазах тех же родителей я пала…ниже некуда, связавшись с Антоном, будучи условно супругой другого.
— Вы, что, до сих пор не общаетесь? — изумилась девушка.
— Общаемся. Но факт остается фактом. Я сначала опозорила их тем, что была украдена не самым лучшим кандидатом, с которым в тот же день попала в аварию, прожила столько лет под одной крышей в качестве «никого», а затем вдруг вышла замуж за другого. К тому же, еще и русского. Мы только-только налаживаем связь, но и сейчас я чувствую это осуждение во взгляде отца.
Эмили вздохнула, тут же вспомнив о Тине с Лео. Может, у них тоже хотя бы позже наступит перемирие с родными…
— Так почему не ушла сразу, когда он тебе указал на дверь? — Ивета нетерпеливо подалась вперед. — Доказать, что ты «девочка» было проще простого.
