Только самолёт взлетел, как Рик сразу же отключился. Он всегда спит в поездках, а иначе его укачает и он будет блевать дальше, чем видит.
Я смотрел в окно, почти лежа.
Я когда-нибудь отучусь от сталкинга?
Меня разрывает на атомы. Я так хочу сейчас сидеть рядом с ней, видеть её лицо вблизи, вдыхать аромат, исходящий от волос Эми.
Я люблю её.
Я уважаю её.
Я ценю её.
Только приходиться показывать своё безразличие.
— Миллер, ты что ревешь? — я даже вздрогнул от вопроса Рика.
— Нет, блять, воду в глаза напускал, сижу вот, плескаюсь. — не поворачиваясь, ответил я.
— Серьезно? Умом тронулся? — тряхнул он меня. — Держи шоколадку, твоя любимая, с черничной начинкой. — Рик достал её из своего портфеля. — Ты же непробиваемая стена наша, ты не можешь сидеть и рыдать. Вот ты плачешь, я может тоже теперь хочу.
— Не реви.
— Я уже.
— Не реви, я тебе говорю! — сквозь слезы и смех говорю я.
Рик театрально закрыл лицо руками и претворился, что плачет. Я потрепал его по волосам.
— Больно мне. — признался я. — Она сидит там, по-любому думает, какая я тварь.
— Моя тоже так думает, я уверен. — поддержал Рик.
— И моя. — заворчал сзади нас Майкл.
— М-да уж, неудачники.
Со всех полок и комодов я убрала наши совместные фотографии, положила их в коробки, которые, можно сказать, украла из магазина. Туда же я сложила и свои мелкие вещи.
Собственно, а какой смысл мне везти в общежитие то, что связано с ним?
Я достаю всё обратно, вытаскиваю фотки из рамки и складываю отдельно. Я сожгу их. Прямо сейчас. Сожгу и точно забуду всё, а потом об этом пожалею, но это будет потом, а пока я хочу видеть, как он горит и превращается в пепел, пусть только и на фотографии.
— Эми, ты куда? — выходит Ника из своей комнаты с такими же коробками, как у меня.
— Уничтожать всё. — резко ответила я, не обращая внимания на её дальнейшие расспросы.
Выйдя на улицу, я огляделась. В гараже обязательно должен быть бензин.
— Ты что задумала? — подключилась Марьяна. — Неужели дом поджигать?
— Я могу, но это будет слишком низко с моей стороны.
Бросив на землю фотографии, я открыла канистру и вылила содержимое на них. Подожгла спичку и аккуратно кинула вниз. Мгновенно всё вспыхнуло, покрылось огнем.
— Тебе легче? — спросила Ника, подойдя ближе ко мне. — Думаешь, что так забудешь его? Ох, подруга, увы это не так работает.
— Стало легче.
— Она действует на эмоциях, а мы повторяем за ней. Вот я тоже захотела сжечь всё. — Марьяна подбрасывает в огонь какие-то вещи, отходит подальше. — Это были лучшие каникулы с ним, но всего один день испортил всё. Хоть мы поступаем как типичные брошенные девушки, но Эми права, я почувствовала легкость внутри.
— Рик мне кольцо недавно подарил. — выставила руку Ника, показав нам.
— Предложение сделал? — с горечью в голосе спросила я.
— Да. Я в шутку сказала, что подумаю. И правильно сделала.
— Оставишь? — поинтересовалась Марьяна.
— В ломбард сдам, что деньгам пропадать, правда? — она засмеялась, всё же никто не сможет её сломать. Она сильная. — Секунду.
Её телефон зазвонил, она подняла трубку и впервые за нашу дружбу отошла в сторону. Обычно все телефонные разговоры я слышала, иногда Ника могла поставить звонок на громкую связь. Что за секреты?
— Я на работу устраиваюсь, на собеседование звали. — широко улыбнулась Ника.
— И куда? Нам теперь всем придется работать. — поникла я.
— Ой, там всё трудно. Отец меня порекомендовал какой-то организации, туда требуется экономист, короче говоря, по профессии. — махнула она рукой.
— Жалко, надеюсь, у тебя получится.
Все коробки мы вынесли на улицу, вызвав три машины такси.
Марьяна стала переживать, ведь никто не знает, пустят её в общагу или нет. Ника уверила, что разрешит ситуацию и нам дадут комнату для троих. Только Марьяне придется платить за проживание немного больше, чем нам.
Первой приехала женщина, она без разговоров поднимала тяжелые коробки и помогала донести до автомобиля. На наши уговоры подождать мужчину, она не обращала никакого внимания, отвечая нам с дерзостью, что она и сама справится и это её работа.
Я села к ней в машину. От женщины приятно пахло ванилью, на вид она такая нежная, но зачем же было таскать коробки? Можно же предоставить такую возможность сильному полу.
Вся ошибка девушек заключается в том, что мы не умеем себя правильно поставить. Об нас вытирают ноги, не ставят в приоритет, когда видят, что нас всё устраивает, что мы нежные и любим мужчин такими, какие они есть. Но а что происходит на самом деле: девушка перестаем любить себя, она больше не раскрывается, как цветок. Становится сильной, выносливой, на всё с легкостью отвечает : «Я сама». И это же только начало. А потом и вовсе девушки перестают нуждаться в мужчинах, ведь они знают, им и так неплохо.
Я боюсь, что однажды и я пойму, что справлюсь со всем в одиночку и мне не нужен никто.