- Если вы, ребята, говорите о тех коротких смешных подштанниках под фуражкой, которые пытались вытрясти из меня секреты нашей обороны и вооружений - опять раздался голос, который исходил, - теперь в этом уже не было никакого сомнения, - оттуда, тле на камнях лежал тюлень, - то я вам официально заявляю: естественно, я замкнулся в себе. Я не имею привычки разглашать военные секреты моей планеты первому встречному шумливому клоуну. Кроме того, я даже не знаю, что такое вооружения или оборона... Такие понятия чужды миролюбивой и спокойной природе нашей цивилизации.
- Да, конечно, - просопел Маньян, - но вы по крайней мере могли ответить что-нибудь полковнику, который заговорил с вами. С ваше стороны было весьма неосмотрительно игнорировать его вопросы, так как это дало ему право составить весьма нелестное мнение об уровне вашего развития.
- Это освященная временем и нашими знаниями техника, с помощью которой можно сбить противника с толку, - донесся до землян не совсем отчетливый влажный голос. - Впрочем, он ведь так и не поверил в то, что мы вооружены знанием и имеем свою историю. Ну и пусть не верит. Пусть думает, что мы уж так простодушны.
- Послушайте, сэр, - проговорил Маньян. - Как возможно, что вы говорите на языке землян, если не имеете, - насколько я могу видеть, - никакого голосового аппарата для этого.
- Не будем оскорблять друг друга, парень, - раздраженно заметил мокрый.
- Тебе удалось попасть на нашу планету откуда-то там, не знаю откуда, но я не вижу на тебе ракеты!
- Ну, ракета, положим, улетела, а судя по вашему ответу, у вас, мокрых, есть какая-то принципиально иная чем у нас техника общения, так? - прохладно проговорил Маньян. - И все же вы не дали ответа на вопрос, как так возможно, что вы говорите на языке землян.
- Ничего принципиально иного у нас нет, просто ты не видишь сейчас мой голосовой аппарат. А насчет земного языка очень просто. В течение нескольких месяцев мы находились с вами, землянами, в телеконтакте. Если бы мы не выучили за это время ваш язык, наш диалог был бы пустой тратой времени, не так ли? Не могли же мы ждать от вас знания нашего языка.
- Какая наглость! - воскликнул Маньян, гордо развернулся и решительно зашагал в сторону земных дипломатов, которые с раскрытыми от изумления глазами с безопасного расстояния наблюдали за сценой первого общения с представителями коренного населения этой планеты.
- Вам придется извиниться, господин Маньян, - крикнул вдогонку своему коллеге Ретиф и вновь обернулся к тюленю. - Не обижайтесь, просто его карьера развивалась не совсем так, как он надеялся по возвращении с Пеории. Это сделало его несколько несдержанным.
- Похоже, он заспешил рассказать своим дружкам о нашем разговоре.
Ретиф обернулся. Маньяна рвали на клочки шестеро дипломатов, забрасывая его какими-то вопросами. Он охотно отвечал, по временам оборачиваясь и показывая на Ретифа и тюленя.
- Бьюсь об заклад, у него на уме недоброе, - проговорил мокрый голосом, похожим на игру боцманской дудки под водой. - О, гляди, он возвращается. А какой жар у него в глазах!
Маньян с выражением лица 721-б (Сдерживаемое Раздражение) спешил к Ретифу.
- Послушайте, Ретиф! - крикнул он еще издали. - От имени Его Превосходительства, во исполнение его строжайших инструкций и в свете моей собственной позиции, как руководителя политотдела, я решительно протестую против ваших заигрываний с этим существом, пораженным какой-то на редкость отвратительной болезнью! Если уж вы не можете обойтись без братания с этими отщепенцами, то призываю вас хотя бы перейти к вон тем тюленям, которые на вид не так заразны.
- Кстати, как тебя зовут, приятель? - спросил мокрый Ретифа своим влажным голосом. - Меня называют Слунжем. Те, кто обладает привилегией обращаться ко мне по имени.
- Я Ретиф, а это господин Маньян.
- Плевать на него. У меня такое чувство, что мы с ним никогда не будем близки.
- Именно! Не будем, если мне не придется только сделать это в интересах и по долгу службы, - буркнул Маньян, театрально отшатываясь и смахивая воображаемую пылинку со своего рукава. - Отлично, Ретиф, я вас предупредил.
С этими словами Маньян удалился в сторону свиты посла, непрерывно смахивая что-то с лацканов своего полуофициального костюма.
- Что-то заболело в третьем сегменте, - пожаловался Слунж, не глядя в сторону уходящего дипломата. - Послушай, Ретиф, у меня возникли дома кое-какие дела, мне нужно спуститься. Не хочешь отправиться со мной?
- А где находится ваш дом? - спросил Ретиф, оглядывая на всякий случай безбрежные океанские воды.
- Примерно в четверти мили к востоку и шестистах футах вглубь.
- Я с удовольствием нанесу к вам визит, - ответил Ретиф. - Только прошу вас, дайте мне пару минут на то, чтобы приготовиться к погружению.
- Да, конечно. Мне известно, что у вас, землян, организм мало приспособлен для жизни под водой. Вам становится не по себе, едва вас накрывает с головкой. Ничего, приятель, у каждого свои недостатки. Без обид?
