Дети любили играть здесь, потому что рядом находился маленький домик, в котором когда-то была школа, а сейчас он напоминал сказочное жилище фей и эльфов. Им нравилось читать поучительные наставления, вырезанные на надгробных камнях. Жаль, о эти мудрые строки не смогли спасти души тех, кому они предназначались. Мы с Эммой целых полчаса бродили среди могил уснувших вечным сном лучших людей нашей округи, а потом пошли домой через лес. Когда мы подошли к подножию холма, Эмма подобрала руками свои юбки и начала карабкаться на его вершину. Взобравшись наверх, она минут двадцать стояла там не шевелясь, и только ветер трепал ее одежды. Потом я крикнула, чтобы она возвращалась назад, потому что было очень холодно.
– Что ты там увидела? – спросила я у нее.
– Я увидела мир – тот мир, который так долго отвергал меня, что я даже почти разучилась дышать. И я слушала ветер. Он говорил со мной.
– И что же он тебе сказал?
– Он назвал мое имя – Эмма. Всего два слога выдохнул ветер, и вздох этот затерялся в чаще деревьев. Теперь я уже не безымянное существо. Ведь меня знает ветер.
Она замолчала и прислонилась к дереву. Я с удовольствием заметила, что ее щеки покрылись здоровым румянцем. Значит, она пошла на выздоровление, и это не могло не радовать. Я помогу тебе, девочка, преодолеть это суровое испытание и начать новую жизнь, в которой не будет ни тревог, ни печали. Для того же, чтобы у нее выработалось противоядие ко всем несчастьям и бедам, я решила устроить ей небольшую проверку и как бы невзначай обмолвилась, что хочу, чтобы завтра она доставила одно послание. Она послушно взяла пакет и только потом спросила:
Кому его нужно доставить? Сестрам Вилкокс. Она посмотрела на меня так, словно просила о помощи, по быстро отвела взгляд.
– Как ты думаешь, что в этой посылке? – спросила я.
– Вы снова отсылаете меня к ним, – тихо сказала она.
Совсем наоборот, – радостно заявила я. – В этой посылке деньги. Это полная плата за твое обучение. Ты не должна нести ответственность за чужие долги.
Мистер Эллин сказал бы сейчас, что я искушаю судьбу, но я была готова даже навлечь на себя кару Господню, только бы Эмма не сошла с ума от горя. Когда я зашла в ее комнату, чтобы пожелать ей спокойной ночи, то застала ее коленопреклоненной. Она молилась.
– Господи, благослови миссис Челфонт, – произнесла она.
Она даже плотно зажмурила глаза, для того чтобы ничто не отвлекало ее от такого важного дела. – Храни ее, Господи, и сделай так, чтобы она никогда не узнала всю правду обо мне.
Мистер Эллин провел сочельник в городе М. в полном одиночестве. Он заказал себе ужин в номер и, рассеянно пережевывая жесткое мясо, что-то быстро царапал карандашом в своей записной книжке с черным переплетом.
«1) Он джентльмен, но по его внешнему виду этого не скажешь. А это означает, что он а) самозванец, выдающий себя за человека из высшего общества или б) изменник, отрекшийся от своего сословия.
2) Он действовал тайно и в большой спешке».
Интересно, он живет в этой местности или приехал издалека? «Нет, – подумал мистер Эллин, – так как он спешил, то вряд ли заехал бы далеко от своего родного города (возможно, он не хотел быть узнанным)».
Так как он довольно правдоподобно изображал из себя аристократа и ввел в заблуждение даже таких проницательных дам, как сестры Вилкокс и мадам Люсиль, то мистер Эллин решил, что в этом его аристократизме есть доля правды. Прежде всего, нужно будет выяснить названия всех больших поместий, расположенных в радиусе тридцати километров от этого городка. Потом он попытается определить, названия каких из них хотя бы отдаленно напоминают адрес, оставленный мистером Фитцгиббоном. Как там, Мей Парк? Это может быть что-то вроде Джун Корт или Эйприл Арбор.
Однако как же все это выяснить? Не может же он ходить и расспрашивать людей о мистере Конвее Фитцгиббоне. Тем более что такого человека не существует. Нужно найти человека, который знает все, что происходит в округе, – как хорошее, так и плохое, а также то, чем дышит каждый из ее жителей. Что же, это может быть только Господь Бог. А кто у нас является следующим по старшинству после этого мудрого и почти недоступного властителя душ наших? Конечно же, приходский священник. Священники делятся на три типа. Первый тип – это так называемые одержимые. Они очень веселы, но так погрязли в грехах и так одержимы поддержанием собственной репутации, что от них мало толку. Второй тип – сознательные и заботливые. Эти, как правило, бедные, обтрепанные и скромные. Они помогают только бедным и нуждающимся. И третий тип – это самозваные князья церкви, которые частенько используют свой священный сан в корыстных целях. Они превращают себя в верных слуг сильных мира сего. Они выслуживаются перед каждым лордом и каждой леди для того, чтобы втереться к ним в доверие и стать завсегдатаями их роскошных домов. А к бедным людям они заглядывают только для того, чтобы напомнить им, что нужно быть послушными и не грешить. К последнему типу относился и мистер Доллан.
