Должна признаться, что в одиночку я бы никогда не справилась с этой трудной работой. Приблизительно через три месяца мы снова вернулись в наше жилище, расположенное над магазином (оно казалось мне таким же унылым, как и любое другое место). И тут Альберт нашел лекарство, которое, по его мнению, должно было помочь мне выздороветь.
– Тебе нужно обзавестись своим собственным домом, Бель. Я построю для тебя дом, в котором ты снова обретешь счастье. Я уже подобрал для него прекрасное место. Оно расположено километрах в трех от города. Там растут тенистые деревья и течет ручей. Если ты захочешь посадить сад, то из него можно будет брать воду, – сказал он.
Я ему честно сказала, что это только увеличит наши долги и вряд ли сделает меня счастливой.
– Нет никаких долгов, Бель, – мягко сказал он. – Мало того, мы даже получаем прибыль. Этот год был для нас весьма удачным. Теперь у нас есть счет в банке.
Я так обрадовалась этой новости, что у меня снова появился интерес к жизни.
– Почему же ты раньше не сказал мне об этом? Ты же знаешь, как я беспокоюсь из-за наших долгов, – сказала я.
По его лицу я поняла, что он тоже глубоко переживает наше общее горе.
– Мне казалось, что это не имеет теперь особого значения, – сказал он и накрыл своей рукой мою руку. – Однако деньги смогут нам помочь. И ты скоро убедишься в этом, моя дорогая.
Я думаю, что Альберт затеял это дело еще и потому, что это занятие помогало отвлекаться от грустных мыслей и ему. Как бы там ни было, он взялся за это дело с таким энтузиазмом, с каким обычно брался за все свои рискованные предприятия. И я восхищалась тем, как стойко муж переносит свалившееся на нас горе. В первый раз мне совсем не хотелось ехать на место нового дома, но когда я попала туда, оно мне сразу понравилось. Это был небольшой участок земли на Дирфилд Мур. Половина участка была залита солнечным светом, а вторая его половина пряталась в тени деревьев. Эти большие старые деревья будут защищать дом от ветра. (Я полюбила это место всем сердцем. Отсюда открывался такой же прекрасный вид, как и из церкви города Н-ска, в которую я ходила в детстве. Из нее был отлично виден весь Касл Хил и даже можно было разглядеть вдалеке Блек Хил. Нашими единственными соседями было семейство лис, в их честь я и назвала наш новый дом – Фокс Кло («кло» местные жители называют долину). Что касается дома, то Альберт сказал, что я смогу обустроить его по своему вкусу, хотя у него на этот счет имелись свои соображения, а он терпеть не мог, когда с ним спорили. Впрочем, мне было абсолютно все равно. Я позволила себе сделать только одно замечание.
– Шесть комнат – это непозволительная роскошь для семьи, которая состоит из двух человек и одной служанки, – сказала я.
– Однако подумай о том, какое это произведет впечатление на моих друзей и моих конкурентов, – парировал Альберт. – Главное, Бель, – это создать видимость! Сразу будет ясно, что в этом доме живет преуспевающий человек.
Люди будут толпиться у моих дверей, предлагая мне выгодные сделки. У меня больше не было сил спорить с ним. Кроме того, как показала жизнь, в его теории, правоту которой он всегда упорно отстаивал, было свое рациональное зерно.
Через полгода строительство дома было закончено. В результате получилось солидное строение с большими окнами и массивными кирпичными стенами, которое, казалось, сможет простоять не один век на этих девственных, поросших вереском торфяниках. Наш дом был расположен достаточно далеко от города, и теперь моему мужу, для того чтобы добраться в свою лавку, приходилось ежедневно преодолевать пешком расстояние почти в шесть с половиной километров. Но, будучи оптимистом по натуре, он и из этих своих прогулок извлекал определенную пользу. По дороге он знакомился с людьми, а каждого нового человека он всегда рассматривал как своего потенциального покупателя или поставщика. Из нашей прежней квартиры, располагавшейся над его бакалейной лавкой, он сделал склад, и это позволило ему расширить предприятие. Я теперь стала хозяйкой большого (но почти пустого) дома.
Поначалу мое новое жилище меня совсем не радовало. Все эти темные панели создавали какую-то тяжелую, гнетущую атмосферу. Дом казался мрачным и пустым, а у меня не было ни желания, ни сил заняться его обустройством.
– Найми еще одного слугу, – сказал Альберт, – или даже двух. Теперь мы можем себе это позволить.
И вскоре у нас появились экономка и повар. Вся прислуга добросовестно трудилась, выполняя разнообразную работу по дому. Повар готовил умопомрачительные обеды, а мне по-прежнему ничего не хотелось есть.
– Займись чем-нибудь, Бель, – настаивал Альберт. – Подбери, например, мебель. Ты можешь обставить здесь все по своему вкусу.
– Без детей большой дом всегда будет казаться пустым, – сказала я.
– Так сделай так, чтобы в этом доме появились дети, – ответил он.
– О Альберт, не будь таким жестоким. Где я их тебе найду?
Он нетерпеливо вздохнул:
– Ты, наверное, забыла, что у тебя есть трое младших сестер? Может быть, они согласятся жить вместе с нами в этом прекрасном доме?
