Единственное, чего рыбкам пришлось остерегаться несколько лет спустя, – это рыбалки. Да и то, по правде сказать, и её не следовало, так как брат Эммы (и изредка и другие члены семьи, приезжающие в эти места на лето) занимался лишь спортивной рыбалкой, что означало, что рыбкам лишь приходилось пережить несколько минут в ведре, восхищение ими всего семейства и, что случалось не так уж часто, лишь пару-тройку фотографий. А дальше – счастливое возвращение домой по всем правилам выпускания из ведра.
Лягушки в целом проходили то же самое, только за несколько большее количество времени и в другом месте.
Теперь лишь остаётся сказать, что Эмме на момент действий, происходящих в книге, было восемь лет, её брату Ивану – девять лет (их разница была год и два месяца), а их старшей сестре Кларе, которая всё лето только и была занята тем, что без конца читала книги, было шестнадцать.
Папа же Эммы на момент этого приключения находился в городе на работе. А мама (у неё был отпуск), бабушка и дедушка были заняты «ежедневными житейскими делами»…
К слову, в добрый путь!
Это был обычный солнечный день. На завтрак была овсяная каша, а к чаю были бутерброды с маслом и сыром. Стрелки часов показывали восемь.
Бабушка и дедушка завтракали раньше, а мама – позже, поэтому за столом сидело только трое детей: Эмма, Иван и Клара.
Не прошло и двадцати минут, как трапеза была окончена и все трое, поблагодарив, вышли из-за стола. Помыв за собой посуду, дети разошлись, каждый по своим делам: Клара – читать, а Ваня с Эммой направились к песочнице. Дойдя до неё, Иван сказал:
– Ну, ты как хочешь, а я быстро помогу дедушке и приду поправлять здания в нашем городе.
Он имел в виду песочный город.
– Отлично! – ответила Эмма. – Ая пошла ловить лягушек. Может, удастся поймать
Эти названия дети выдумали сами. Леопардовой Королевой была именована «наижирнейшая (но не самая жирная) и наикрасивейшая лягушка». А Чёрным Королём – «самая бешеная жаба в пруду». Также в условном обозначении ребят были ещё и Зелёный Король, или же Король Всего Пруда (самый жирный), и разные заместители: Леопардовый, Зелёный и Чёрный, а также множество «принцев», «принцесс» и так далее.
Итак, наша Эмма пошла к пруду. Дойдя до него, она сняла с сучка дерева сачок и принялась высматривать лягушек. «Все маленькие, вот досада!» – подумала Эмма, продолжая оглядывать пруд.
– Ах! – воскликнула девочка. – Да это же…
Эмма тихо наклонилась, взмахнула сачком – лягушка попалась, и девочка аккуратно вытащила её вместе с сачком. Это была не самая большая лягушка из тех, кого ловили Эмма с братом, но всё же! И девочка помчалась во двор.
– О! Кларка, смотри, какую я жабу поймала!
– О боже, Эмма! Ты опять?!
– Конечно опять! Неужели не видно?! Да ну тебя! Ничего ты не понимаешь. Смотри, какая
– Вечно ты их мучаешь. Я даже не…
– Никого я не мучаю!
– Да ну тебя! – отозвалась её сестра и пошла дальше, держа в руках «Униженных и оскорблённых» Фёдора Михайловича Достоевского, при этом зажимая палец между прочитанными и оставшимися страницами. А сама Эмма тем временем дальше помчалась во двор.
– Ну вот, моя
– Чего? – так же громко отозвался брат.
– Я говорю: я поймала жабу! – снова крикнула девочка.
– Ну и что? Не отвлекай! Я рыбу хочу половить. Сейчас только доделаем…
– Ну блин! – возмутилась его сестра.
– Ничего… Просто я жабу поймала…
– Господи! Опять со своими лягушками, что ли? Заняться, кроме этого, нечем? Иди вон бабушке помоги!
– Я уже отнесла! – послышался ответ. – Так ты идёшь, Ваня?
– Да иду, иду!
– Ладно, иди, ты и так уже хорошо помог, – прислушавшись, разобрала слова дедушки Эмма.
Через пару минут Иван, действительно, подошёл.
– Ну, чего? – сразу спросил брат.
– Смотри, кого я поймала.
Ваня от удивления так и выпучил глаза.
– Это ты поймала?..
– Ну а кто? Не Клара же!
– Вот это да! Это же
– Угу! – подтвердила девочка. – Налей, пожалуйста, ей воды в таз.
– Из пруда?
– А откуда же ещё! Конечно, из пруда! Она же
– Ладно, – согласился мальчик. И через пять минут большой круглый таз красовался в песочнице, имея вокруг «жабий» пляжик с тенистой и солнечной стороной.
– Вот так! – по окончании работы сказала Эмма, в то время как Ваня отряхивался от песка.
– Сухого точно хватит? – спросил он.
