Старенький профессор математики, гордо подняв седую голову, следовал по коридору к аудитории. 31 января 1997 года выпало на пятницу, и, после выходных, наступала новая сессия. Студенты, не успевшие сдать экзамены вовремя, оставались на полгода без стипендии. Профессор Ташинский славился на весь университет своей неподкупностью, принципиальностью и равным отношением ко всем студентам: давал право лишь на две сдачи, один раз в основной экзамен и один в дополнительный. Несмотря на то, что количество дополнительных экзаменационных дней во время сессии порой достигало четырех, больше двух шансов он не давал. Оставалась лишь еще одна попытка во время следующего за сессией семестра, но, если и тогда обучающийся не мог сдать, то заставить профессора принять экзамен еще раз, было не возможно. Также Ташинский считал, что все студенты должны иметь равные права. И это был его основной принцип. Повторная сдача экзамена традиционно оценивалась им на балл ниже, то есть получить оценку «отлично» при сдаче на дополнительном экзамене было не возможно, максимум – это оценка «хорошо».
У окна напротив экзаменационной аудитории стояли два молодых человека. До назначенного времени оставалось еще несколько минут, и они усиленно штудировали конспекты, пытаясь впихнуть в голову максимальное количество информации. Увидев идущего по коридору профессора, привычно опирающегося на свою трость, они захлопнули конспекты и проследовали к дверям аудитории.
– Здравствуйте, Михаил Исаакович! – поздоровались они в унисон.
– Здравствуйте юноши! Вы явились вовремя, и это делает вам честь!– профессор отпер замок и распахнул створку двери. Молодые люди не ринулись вперёд, а подождали, пока профессор войдет и, лишь затем, проследовали в аудиторию. Профессор выложил на стол из старой потертой сумки пачку билетов, бутылку с водой и предложил студентам тянуть билет. Оба молодых человека были стройными и высокими. В их фигурах чувствовалась сила, и невооруженным глазом было заметно, что они немало времени уделяют спорту.
Первым к столу преподавателя подошел студент в черном свитере с раскатанным до подбородка горлом. Во всей его позе чувствовалась какая-то неуверенность и потерянность.
– Ваша фамилия, группа и номер билета! – отпивая воду из полулитровой пластиковой бутылки из-под лимонада, спросил профессор и придвинул к себе тетрадь, в которой отмечал посещение студентами лекций и экзаменов.
– Л-л-лапин! – нескладно ответил студент – Груп-п-п-па 1-В-1, билет н-н-номер пять!
– Так, Лапин, Лапин… – профессор пробежался по списку почти из ста фамилий – Алексей, да? Хорошо. Вы посещали все лекции! А экзамен сдаете в первый раз. Почему не пришли на сдачу в основное время?
– Михаил Исаакович, у нас с Алексеем допуска из-за курсового проекта по черчению не было! В основное время сдать не могли! Вы же сами без допуска деканата к экзамену не допускаете! – ответил второй студент, спокойно глядя в глаза преподавателю.
– Да, не допускаю! Правила едины для всех! Во всем должно быть равенство! Это я вам как математик говорю! – слегка улыбнулся каламбуру профессор – Ну, хорошо, ваша очередь, молодой человек, тяните билет!
– Астров Вадим, группа 1-В-1, билет номер двадцать девять! – ответил молодой человек.
– Не повезло вам, в некоторой степени! – профессор нашел нужную фамилию достаточно быстро, она была третьей в списке. Студент также присутствовал на всех лекциях и, если судить по отметкам преподавателя проводящего в группе практические занятия, все контрольные работы сдал на отлично. – На моей памяти, никто, из вытягивающих данный билет, не получал оценку отлично.
– Михаил Исаакович, даже если я отвечу на отлично, вы же все равно в зачетку на бал ниже поставите!
– Да, вы правы, надо все делать в свое время, в том числе и экзамен сдавать! – профессор вновь сделал глоток воды – Все, рассаживаемся, в билете три практических задачи и два теоретических вопроса. У вас тридцать минут на подготовку.
Молодые люди заняли места в ряду вдоль стены, один за другим. Профессор ухмыльнулся про себя, прекрасно понимая замысел молодых людей: скорее всего, студент, сидящий сзади, подготовился лучше (впрочем, это понятно и по оценкам за практические занятия), сидящий же спереди поднимет билет на уровень глаз, будто читает его, но так, чтобы было видно сидящему сзади, и тот шепотом будет подсказывать ему ответы на теоретические вопросы. Такая тактика оправдала бы себя, находись в аудитории вся группа, своим неотъемлемым шумом заглушавшая произнесенные шепотом подсказки. Но при данных обстоятельствах их комбинация рушилась на корню.
Профессор поднялся и стал прогуливаться по аудитории, разминая ноги. Затем остановился у окна и стал в него пристально смотреть. На улице было еще темно, а в аудитории работали все осветительные приборы, что позволяло наблюдать за отражающимися в окне, как в зеркале, ничего не подозревающими студентами.
