Вопрос о генезисе способности (или целого ряда способностей) понимания эмоций другого человека во многом дискуссионный. Имеются данные, что уже через девять минут после рождения ребенок может опознавать стимулы, схематически напоминающее лицо (Freedman, 1974). С другой стороны, показано, что чем больше матери обсуждают с 3-летними детьми возникающие у них эмоциональные состояния, тем лучше они, достигнув 6-летнего возраста, распознают эмоциональные проявления незнакомых взрослых (Dunn et al., 1991).
Младенцы словно бы имеют врожденную способность истолковывать выражения лиц окружающих. В одном эксперименте младенцы в возрасте от 4 до 6 месяцев привыкали – проявляли слабеющий интерес – к повторяющемуся появлению лиц взрослых, выражающих единственную эмоцию из набора, включавшего в себя удивление, страх и гнев. Когда младенцам впоследствии показали фотографию с другой эмоцией, они отреагировали с возобновившимся интересом. Это позволяет предположить, что выражения удивления, страха и гнева для них «выглядели иначе» даже в столь юном возрасте (Serrano и др., 1992). Младенцы также ведут себя положительнее (например, стараются приблизиться и улыбаются) в ответ на радостные лица и отрицательнее (например, стараются спрятаться и хмурятся) – в ответ на сердитые. Это говорит о том, что они не только распознают, но и в очень раннем возрасте понимают значение этих выражений лица (Serrano и др., 1995).
Как отмечает Н. Н. Данилова (2000), с эволюционной точки зрения внешняя экспрессия эмоций была бы бесполезной, если бы люди не могли декодировать эти сигналы, а значит, понимать и адекватно реагировать на них. Следовательно, у человека должен быть специальный
Этот механизм был исследован шведским ученым У. Димбергом (Dimberg, 1988). Он установил, что лицевая экспрессия в зависимости от знака эмоции по-разному влияет на эмоциональное состояние и условно-рефлекторные реакции страха у партнеров. Важно, что лицевая экспрессия может воздействовать на уровне подсознания, когда человек не отдает себе отчета в событии и факте его воздействия.
Димберг доказал, что влияние лицевой экспрессии на величину условной вегетативной оборонительной реакции осуществляется автоматически и не зависит от процессов сознания.
Лицевые паттерны особенно сильно действуют на людей, проявляющих социальный страх. При восприятии фотографий они усиливают признаки отрицательных эмоций и ослабляют признаки положительных эмоций.
Очевидно, что пониманию лицевых паттернов различных эмоций способствует то, что реакция на лицевую экспрессию партнера связана с воспроизведением его мимики, т. е. в непроизвольном изменении активности мышц своего лица. Этот процесс подобен «эмоциональному заражению, или резонансу». Таким образом, для распознавания и идентификации паттернов лицевой экспрессии человек использует два канала:
Женщины имеют превосходство в точности «чтения» эмоциональной экспрессии независимо от особенностей культуры (Rosenthal et al., 1979; Biehl et al., 1997).
