– Ничего, конечно, – Мирослава понимала, что её распределение в два клана было спланировано и подстроено учителем.
– Вот еще что, Мира, – обратился к ней Илья Петрович. – Я тебе говорил не видеться с одноклассником в реальности, эмоциональное тело обладателя к моим словам отношения не имело.
– Что? Значит можно? Так ведь я… – расстроилась Мира, жалея, что подобный диалог не состоялся раньше, до момента, когда она попросила Антона к ней не являться в призрачном виде.
– О чем вы? – поинтересовался Андрей Петрович.
– О том, что тебе надо рассказать Мирославе все об эмоциональном теле, – вежливо сказал глава клана Адептовых, – а потом приступить к путешествиям по переходам.
– Месяц при этом перенесется? – поинтересовался учитель.
– Нет, конечно, – посмеялся Илья Петрович. – Напомни, когда это сроки переносились?
– У меня ощущение, что ты все же издеваешься, – Андрей Петрович пристально посмотрел на брата.
– Я скучал, а ты долго не появлялся.
– Понятно, – улыбнулся учитель. – Видимо, я заслужил.
– Да, – подтвердил Илья Петрович.
– Тогда, может быть, снимешь защиту с зала, чтобы мы позанимались? – поинтересовался Андрей Петрович.
– Нет, брат, не сниму, – задумался глава клана Адептовых. – Я останусь на урок и, если решу, что вам надо будет дать свободу действий, с удовольствием это сделаю.
– Мира, ты ему веришь? – обратился к ней учитель.
– Не знаю, вроде, да, – призналась Мирослава.
– Ты веришь, что он остается на урок, чтобы нам помочь? – удивился Андрей Петрович. – Мне кажется, брат присматривается к новоиспеченной высшей обладательнице. Неужели ты в поисках варианта её переманить?
– Я? В поисках? – наиграно засмеялся Илья Петрович. – Я их все знаю, брат, но, как видишь, тебе вызов не бросаю.
– Неужели ты тоже веришь, что я буду стирать память всем, кто бросит мне вызов?
– Нет. Я знаю, что не будешь, – отрицал глава клана Адептовых, – но советую тебе задуматься, может в некоторых случаях стоит передумать.
– Зачем это? – Андрей Петрович недоверчиво посмотрел на брата.
– Мысли вслух. Не обращай внимания, – махнул рукой Илья Петрович.
– После одних таких твоих мыслей я путешествовал два года по разным вселенным, – высказал учитель.
– Я же тебя дождался, – улыбнулся Илья Петрович.
– Думаю, стоит вернуться к уроку Мирославы, а то мы еще больше её запугаем своими разговорами, – строго сказал Андрей Петрович.
– Мы можем, – Илья Петрович развернулся и направился к трибуне.
Мирослава стояла и ждала, когда учитель продолжит занятие. Необычные диалоги братьев вроде и прояснили какие-то события, но, в целом, запутали её еще больше.
Андрей Петрович проводил взглядом брата до трибуны, после чего озадачено посмотрел на ученицу.
– Значит, эмоциональное тело, – задумался он. – Тело, так тело. Начнём? – предложил учитель.
Мирослава с надеждой в глазах посмотрела на Андрея Петровича, понимая, что он один из немногих, кто может ей помочь встретиться с одноклассником.
Мирослава наблюдала за всеми действиями учителя, стараясь не упускать даже самые мимолетные его движения. Она стремилась научиться формировать эмоциональное тело как можно быстрее, чтобы попробовать самой найти Антона.
– Эмоциональное тело – это, по сути, такое же тело, но созданное твоими эмоциями. Надо выбрать эмоцию, желательно одну, после чего детально представить, что каждая клеточка твоего тела заполняется ею, – учитель заполнился желтым светом. – В момент, когда ты почувствуешь, что эмоция наполнила тебя полностью, надо будет отделить эмоциональное тело от себя.
– Отделить? – уточнила Мирослава, слабо представляя, как это возможно.
– Да, – кивнул Андрей Петрович. – Надо детально представить, что эмоция отделяется от тебя, а ты от неё. Важно при этом оставить связь с эмоциональным телом, чтобы ты могла управлять им, – он одной рукой крепко схватил желтое свечение эмоции и увел его в сторону.
Теперь перед Мирославой стояло два учителя. Один был реальный и живой, а другой полупрозрачный и светящийся желтым светом.
– Как такое возможно? – удивилась Мира.
– Очень даже просто. Ты попробуй. Пока не попробуешь, не узнаешь, как это легко, – учитель провел рукой по воздуху, и его эмоциональная копия исчезла.
– Какой эмоцией надо наполняться?
– Любой, – ответил Андрей Петрович. – Проще всего наполняться той эмоцией, которую ты испытываешь здесь и сейчас. Ведь она в тебе преобладает, а это значит, её хватит, чтобы полностью заполниться.
– Любой, – задумалась Мира, – а белый цвет – это какая эмоция? – поинтересовалась она, вспоминая появления Антона.
– Белый цвет – не эмоция, – разъяснил учитель. – Я бы сказал это нейтральный цвет.
– Брат не вводи в заблуждение Мирославу, – послышался с трибуны голос Ильи Петровича. – Белый цвет редкий, и мало кому известно, что он скрывает, впрочем, как и черный, – описал глава клана Адептовых, поднимаясь со своего места и направляясь к Мирославе и Андрею Петровичу.
– Вы знаете, что они скрывают? – заинтересовалась Мира.
