В общем, уже через минуту глава академии был со мной согласен и не возражал. Я же подождал, пока он перекинет мои данные и утвердит назначение приказом. После вежливо попрощался и поспешил к своим парням. Погрузка на корабль уже началась, и не стоит задерживаться, пока глава академии не опомнился и не задумался вторично о моем назначении.
Не то чтобы я был такой герой и соответствовал той категории «А», что светилась на моем медальоне. Просто я эмпант. И в данном случае точно чувствовал, что мне нужно лететь в космос.
========== Часть 12 ==========
На космический корабль класса «Ш-6» мы с группой загрузились быстро и без вопросов.
Капитан, конечно, вздохнул, что ему дали курсантов третьего курса, а не опытного штурмана. Но сержант Фритс тут же продемонстрировал на экране миника наши отметки, и командир корабля немного успокоился. Я же пока понять не мог, отчего сержант отправился сопровождать нашу группу?
Оказалось, что каждую группу курировал кто-то из старших по званию. Нам повезло с собственным куратором. Хотя я предполагал, что наш сержант воспользовался своим положением – выбрал самую неконфликтную и сознательную группу.
Первые расчеты векторов и прыжков мы с парнями выполнили с трудом. Волновались неимоверно. Я ничего не мог поделать ни со своими эмоциями, ни с чужими. Такая ответственность! Знания нам давали хорошие, только этой самой практики в реальных условиях было мало.
Тем не менее, когда мы вышли в заданную точку, и системы корабля подтвердили, что карты расчета и сканера космоса совпали, мы с парнями повеселели. Еще несколько дней прошли относительно спокойно. Корабль двигался к одному из орбитальных комплексов, где собирался флот. Командир сообщил, что там мы получим конкретное задание. Вернее, совсем не конкретное, а примерный район патрулирования. На сопровождение гражданских судов нас вряд ли поставят. Штурмовики на борту были такими же, как и мы, курсантами. Опыта реального боя никто не имел.
– Зависнем где-нибудь на заставе, – пояснял сержант Фритс. – Собственно, от нас требуется одно – вовремя предупредить об опасности и сообщить руководству флота, что в этом районе появились кунийцы.
– А пираты Эмира? – уточнил Килан.
– Эти в открытые боевые действия с военным кораблем не вступят. Плюс они уже поняли, что обычные суда летают с сопровождением, – успокоил нас куратор.
Собственно, все получилось, как сержант и прогнозировал. Прилетели на комплекс, получили задание на патрулирование, и вперед!
Правда, мы посетили еще один орбитальный комплекс. Доукомплектовали вооружение и уже оттуда планировали лететь на одну из застав. Все эти перелеты и штурманские расчеты мы с парнями выполняли без проблем. Капитан потом по секрету сообщил, что вообще-то у него имелись полные списки координат и векторов.
– Но вам, салаги, расслабляться не стоит, – рыкнул на нас капитан. – Пока вы нигде не ошиблись. Продолжайте тренироваться.
Мне стало даже обидно. Чего мы так тряслись? Можно было и самим сообразить, что основные маршруты занесены в компьютерную память корабля. Штурман на борту необходим в случае нестандартных ситуаций или во время боя, когда траектории смещаются непредсказуемым образом.
Пока же нас продолжали обучать и проводили вот такое тестирование.
А еще сержант бдительно следил, чтобы курсанты-штурмовики не блуждали в районе наших кают. Эти молодые самцы отчего-то решили, что штурманы не только мельче и физически слабее, а просто жаждут оказать им сексуальные услуги. Спасибо куратору, что первым трём самым энергичным альфа-самцам неплохо так накостылял и пригрозил оставить где-нибудь на орбите за нарушение дисциплинарного устава.
Килан потом ворчал, что он и сам мог отметелить тех наглецов. Сержант тут же пояснил нашему другу, в чем разница, когда по шее дает воспитатель, а когда это разборки между курсантами.
В общем, на борту мы не скучали. В кают-компании во время приема пищи никто из штурмовиков к нам не приставал, но сальные шуточки от их столиков слышались часто.
Первое мое желание было всем «навнушать» чего поспокойнее. А потом одумался. Будет странно, если эти сексуально озабоченные вдруг разом перестанут обращать на меня внимание. Так что приходилось терпеть все эти сомнительного рода комплименты.
Еще мне не нравились помещения корабля. Пусть я звездолет мужа так и не осмотрел, но все равно был в курсе, что там и где. И про оранжерею, и про смотровую площадку, что в боевом режиме закрывалась экранами, знал.
На обычном военном судне таких излишеств позволить себе не могли. Плюс все эти полукруглые формы везде, где можно, меня раздражали. Вогнутые стены коридоров, обилие ниш для фиксации тела во время невесомости. Безусловно, все это было сделано на случай потери устойчивой гравитации, когда смещается понятие «пол-потолок». Но пользоваться этими помещениями оказалось не совсем удобно. Отчего-то мне всё это напоминало внутренности кишечника огромного монстра.
