После горячей ванны я снова почувствовала себя человеком. До этого ощущала себя одичавшим приматом.
Волосы теперь пахли сиренью, а не тиной; с кожи смылся липкий слой пота и пыли. Свежесть и благодать.
Перед дверью в ванную комнату, на полу, лежала ровной стопкой одежда. Она была сшита то ли из льна, то ли из хлопка. Я надела сначала майку, потом длинную рубаху цвета слоновой кости и темно-зеленые штаны свободного покроя с завязками у лодыжек. Тара перевязала мне талию темной лентой, а затем заплела тугую косу.
Пока я купалась, девчушка тоже времени зря не теряла. Она сменила свой походный костюмчик на красивое летнее платье нежно-розового цвета, а два пучка из косичек расплела. Я и не думала, что у нее такие длинные и ухоженные волосы. Они были цвета серебра и доходили почти до колен. На волосах девочки красовался ободок из полевых цветов. Она действительно фея…
Я подошла к зеркалу в ванной комнате и встала рядом с кривляющейся девочкой.
По сравнению с Тарой я походила на крестьянина с рынка… Но выбирать мне не приходилось. Нужно довольствоваться тем, что есть. А может она поиздевалась и специально дала такую контрастную одежду?
- Теперь, нужно пойти и поприветствовать семью. – Сказала Тара, развернувшись на сто восемьдесят градусов.
- А я им понравлюсь? – Испуганно прошептала я.
- У них нет выбора. – Резво ответила девочка, кровожадно улыбаясь. – У Рэна челюсть отпадет. – Снова хихикнула она.
- Хм-м, я что-то сомневаюсь…
***
Миновав несколько коридоров, мы зашли в большой зал. По-видимому, это гостиная – центр дома. В комнате пахло деревом и чем-то горелым. Тут был камин, правда его потушили, жаль. Возле очага, на креслах, сидели и о чем-то громко спорили два юноши. Один был рыжим и коренастым, с небольшой юношеской бородкой, а другой высокий, темноволосый и жилистый. Оба, они уставились на нас, когда Тара хлопнула в ладоши.
- Маркус, Рэн, - с некой паузой начала она, - позвольте представить вам Ену. Она та самая.
========== ГЛАВА 8. Семейка жилого дома. ==========
День у меня не задался с самого утра.
Я проснулся примерно за час до рассвета. Точнее, меня разбуди́ли за час до рассвета!
Тяжело жить под одной крышей с проходимцами. Они могут всю ночь горланить, напившись в зюзю; могут мутузить друг друга до полусмерти, но абсолютно все в итоге расплачиваются и уезжают восвояси, а тебе как работнику и сыну хозяина жилого дома приходится это все терпеть.
«Куда отец смотрит… Они так весь дом разгромят или убьют кого-нибудь. А нам потом разгребай за ними…»
- Рэн, ты чего такой хмурый с утра? – Спросила женщина, вошедшая на кухню.
Я пристально посмотрел ей в спину: сегодня на ней был легкий белый сарафан и синий фартук.
- Спроси у наших постояльцев, мам. – Потирая лоб, ответил я. – Эти бугаи до рассвета спорили, кто больше медведей уложил, а потом дружно напились и пели несусветную чушь про моряков. Они ведь даже не моряки!
- А ты прям все слышал, да? – Шутливо поддела мама, подмигнув.
Она подошла ко мне и поцеловала в макушку:
- Сегодня Тара уходит на озеро, поэтому ты вместо нее. – Шепнула она.
- Да, без проблем. – Ответил я.
- Вот и славно. Скоро отец вернется, надо бы на стол накрыть. – Буднично сказала она, поправляя свои длинные косы.
- Я тебе помогу.
- Не стоит, это не сложно. – Отмахнулась она.
- Тем более. Если это не сложно, я обязан помочь! – Сказал я и улыбнулся.
Мама улыбнулась в ответ.
***
Я мало что помню из детства. Все обрывочно и непонятно. Родители не стали долго скрывать правду. Когда мне исполнилось восемь лет, они рассказали, что нашли меня в реке. Мне было четыре года. Я чуть не утонул, но мой отец, Корн, вовремя заметил тельце и бросился в воду. Павана – супруга Корна, выходила меня как собственного сына. Когда мне исполнилось девять лет, у отца и матери родилась дочь. Беременность Паваны проходила тяжело, ей пришлось прибегнуть к силе одного мага-лекаря, так в нашей семье появилась волшебница. Чудаковатая, но очень добрая – Тара. А еще, так, мы, ничего не подозревая, сэкономили в будущем на магических услугах.
Несмотря на то, что я сын не по крови, Корн и Павана приняли меня, и любили на равных с собственной дочерью.
Когда мне раскрыли правду, я, будучи восьмилетним мальцом, решил во что бы то ни стало узнать хоть что-то из прошлой жизни.
Сейчас мне двадцать, и я ничего не добился…
***
- Как жизнь, Рэнвольд? – Послышалось над головой, пока я отжимался.
- Не называй меня так. – Закряхтел я, делая еще один жим.
- Ты как девчонка, - невозмутимо парировал голос. – Даже твоя сестренка Тара, мужественнее.
- А сможет ли Тара отжаться сотню раз?
- Она ж маг! Наверное, не только отожмется сто раз, но и сделает это на одном мизинце.
- Да иди ты в троллий зад, Маркус. – Ответил я, поднимаясь с земли.
- Фи, грубиян… - театрально прикрыв ладонью лицо, пропищал Маркус. – Будешь таким грубым, - продолжил он, - жену не найдешь.
- С чего ты это взял? Я пользуюсь успехом у женщин, что б ты знал… - Отряхнув руки, с уверенностью сказал я.
