Ближе к восточным границам Энданы, то и дело стали попадаться обозы, купцы везли продовольствие для королевского войска. Они старались устроиться на ночлег рядом с воинами, отговариваясь тем, что в последнее время на тракте стали пошаливать разбойники. Король Тиар в защите не отказывал, хотя в байки про разбойников особо не верил, он был уверен, что всему виной неуемное любопытство торговых людей, да еще их желание разузнать о возможных выгодах в Кенлире. Что ж, их можно понять, война войной, а жизнь требует своего, и совершенно не к чему упускать подвернувшийся случай.
На двадцать третий день пути, в небольшом селении, войско встретил старший сын короля Аттиса, наследный принц Герэт, поджидавший северных союзников.
После обмена взаимными приветствиями, правитель Кенлира осторожно поинтересовался, нет ли вестей об ушедших в Ураст воинах. Первый наследник ответил неохотно и сдержанно, что нет, после чего Тиар помрачнел, замолк и вопросов больше не задавал. Герэт тоже молчал, искоса рассматривая северянина с болезненным вниманием, словно решал про себя какой-то сложный вопрос.
К будущему месту сражения кенлирцы подъехали уже затемно, это было большое холмистое поле, зажатое между непроходимым вековым лесом и широкой полноводной рекой. На берегу реки притулилась небольшая крепость с надежными каменными стенами. Испокон веков она играла роль стороженного поста. Этот городок когда-то в качестве наследства принесла Оснирии энданская принцесса, и вот теперь, через пару столетий, ему предстояло принять на себя первый удар вражеского войска.
Все свободное пространство перед городом мерцало огнями костров, великое войско встало лагерем на подходе к Тургору. Однако северян через общий бивуак не повели, принц Герэт уверенно свернул направо, в сторону леса, прочь от лагерных огней. Когда дружина вступила под сень огромных дубов, к ним навстречу вынырнула пара всадников, на маленьких пятнистых лошадках.
Губы кенлирцев сами растянулись в улыбки, эти чудо коняшки свободно могли пройти под брюхом их собственных скакунов, даже не опустив головы! В стране Трехликого на такое животное согласился бы сесть только ребенок. Встречающие, однако, никаких комплексов по поводу внешнего вида своих лошадей не испытывали, они почтительно приветствовали воинов и проводили на лесную поляну, подальше от нескромных взглядов любопытных, там уставших людей, поджидала горячая похлебка. Между тем Герэт подъехал к единственному шатру, стоявшему под кроной высокого дерева.
- Доброй ночи, тебе, Тиар, правитель Кенлира! Ты добрался вовремя!
Предводитель северян сначала услышал голос короля Аттиса, и только потом увидел его самого. Серо-зеленый плащ делал энданца почти невидимым на фоне леса, также впрочем, как и его собеседников. Тиар слез с коня, бросил поводья подоспевшему оруженосцу и подошел к ожидающим его людям. Рядом с Аттисом стояли азанагская царица Санага, Верховная жрица Арзила и правитель здешних земель, князь Ката.
- Прости, что принимаем тебя в диком лесу, хотелось бы сохранить ваш приезд в тайне, - энданский король откинул в сторону занавесь шатра.
- Ваши ночи такие теплые, что можно прекрасно обойтись без крыши над головой, - улыбнулся Тиар, слегка пригнул голову и прошел внутрь. Государь Энданы говорил с ним на его языке, остальные с интересом вслушивались в незнакомую речь.
- Ваш посол обучил меня языку вашего народа, Аттис. Мы можем говорить по эндански, если пожелаете.
- Это очень хорошо, - обрадовался Аттис, - Боюсь, что я не готов к роли переводчика, а звать кого-то еще нежелательно. Лишние уши нам не к чему. Вы не могли бы поставить своих людей на страже, пока мы будем обсуждать наши планы?
Король Энданы посмотрел на северянина. Тот в ответ кивнул головой, выглянул за полог и зычно крикнул в темноту. Тот час, словно из ниоткуда, у шатра выросли несколько воинов и встали на караул.
Князь Ката покрутил головой, восхищаясь статями охраны, а царица Санага, окинув их пристальным взглядом, спросила, - Тиар, как вы смотрите на то, если после войны я приглашу кое-кого из ваших подданных погостить у нас в стране месяц другой?
Молодой человек удивленно поднял брови и сказал, - Я не буду возражать, только поясните, для чего они вам нужны?
При этих словах кенлирца остальные мужчины потупили взгляды, пряча усмешку в глазах, а предводительница воинственных азанагов ничуть не смущаясь, ответила, - От них получатся отличные дети!
И пока властитель подданных, так пленивших иноземную правительницу, в растерянности хлопал глазами, король Аттис успел ему шепнуть, - У них очень... очень.... очень мало мужчин!
Тиар кашлянул, справляясь с собственным смущением, и твердо сказал, - Я уверен, что они не откажут в помощи союзникам!
Только выработанное годами умение справляться с собственными эмоциями позволило правителям совладать с одолевавшим их смехом, хотя далось им это не без труда, у князя налились малиновой краской шея и щеки, а король Энданы плотно сомкнул губы и некоторое время упорно рассматривал свои сапоги.
