— На мой взгляд, самоубийство никогда не вызывается желанием прервать жизнь.
— Тогда что же оно такое?
— Это единственный способ для бессильного человека заставить всех остальных людей отвернуться в сторону, чтобы не видеть его позора. Он жаждет не смерти, он жаждет укрытия.
— Как Адам и Ева укрывались перед лицом Бога?
— Ибо были наги.
— Ах, если б людям была дарована память! Ведь наги все. И всем нужно укрытие. Но ведь жизнь так прекрасна. Пусть она длится!
— Значит, вы не верите, сестра, что муравьеподобные и есть Зверь из Апокалипсиса?
— Нет, Антон. Я верю в то, что они тоже дети Господа.
— И тем не менее вы отыскали ребенка, который поразит и уничтожит их?
— Разобьет их. Если Господь не захочет, чтобы они умерли, они не умрут.
— Ну а что если Господь захочет, чтобы умерли мы? Мы умрем? Почему же вы боретесь против этого с такой энергией?
— Потому что вот эти руки отданы Богу, и я служу ему так хорошо, как только могу. Если бы он не хотел, чтобы я нашла Боба, я бы его не нашла.
— А если Бог хочет, чтобы победили муравьеподобные?
— Тогда он найдет для этого другие руки. Для той работы мои не годятся.
Вечерами, когда взводные командиры начинали тренировать своих людей, Виггин куда-то исчезал. Боб использовал свой доступ к компьютерной сети преподавателей (через пароль Граффа), чтобы узнать, чем тот занят. Судя по всему, Виггин снова начал просматривать записи о победе Мейзера Ракхейма, причем делал это еще более упорно и целенаправленно, чем раньше. Поскольку армия Драконов дралась каждый день и каждый раз побеждала, все остальные командующие, многие взводные офицеры и даже солдаты стали тоже ходить в библиотеку и смотреть те же фильмы, надеясь извлечь из них смысл, силясь увидеть в них то, что видел Виггин.
Как глупо, думал Боб. Виггин не ищет там ничего такого, что можно было бы применить в Игре. Он уже создал мощную, способную к адаптации армию и прямо на поле боя продумывает то, как ее лучше использовать в данной обстановке.
А фильмы он изучает для того, чтобы понять, как победить жукеров, ибо он твердо знает — когда-нибудь он обязательно с ними встретится. Учителя не стали бы ломать всю сложившуюся в школе игровую структуру, если бы не знали, что кризис близок, если бы не нуждались в Эндере Виггине как в спасителе против грозящего гибелью вторжения жукеров. Именно поэтому Эндер изучает старые фильмы, мучительно пытаясь отыскать в них идеи, которые подсказали бы ему, что нужно у нас жукерам и каковы их возможности. А учителя, не понимая этого, торопят Виггина, подталкивают его, изматывают.
И нас тоже. Мы уже выдыхаемся.
В этом Боб убедился на примере Николая, которому приходилось выкладывать энергии больше, чем другим, только для того, чтобы сохранить себя в приличной форме. Если бы мы были в любой другой армии, то наверняка все уже дошли бы до состояния Николая. Да и сейчас уже многие работают на пределе сил — Николай не единственный. Кое-кто за обеденным столом роняет на пол столовые приборы и металлические подносы. Один мальчик ночью написал в постель. На тренировках участились ссоры. Стали хуже учиться. Правда, предел у всех разный. Даже я — генетически измененный Боб, думающая машина — испытываю нужду в отдыхе и в пополнении сил, но не получаю того, что мне нужно.
Боб даже послал Граффу записку — совсем маленькую и злую. В ней говорилось: «Одно дело тренировать солдат, и совсем другое — выматывать их». Ответа не последовало.
Близилась вторая половина дня, до обеда оставалось еще полчаса. Драконы уже одержали победу утром, потом — уже после занятий — состоялась тренировка, но взводные по предложению Виггина отпустили людей пораньше. Бо́льшая часть Драконов одевалась после душа, кое-кто отправился в Игровую, чтобы убить время до обеда, или в библиотеку — посмотреть видики. На домашние занятия никто и внимания не обращал, лишь кое-кто просматривал компьютеры, чтобы освежить в памяти — что задано.
На пороге казармы возник Виггин, держа в руке листок приказа.
Второе сражение в один и тот же день!
— Дело будет жаркое, а времени в обрез, — сказал Виггин. — Бонзо они известили двадцать минут назад, и к тому времени, когда мы доберемся до ворот, они уже по меньшей мере пять минут как будут находиться в Боевом зале.
Он отрядил четверых солдат, лежавших на койках рядом с дверью, самых юных, но теперь уже ветеранов, отыскать тех ребят, которые недавно покинули казарму, и привести их обратно. Боб быстро натягивал боевой костюм. Он давно уже научился надевать его без посторонней помощи, хотя и продолжал оставаться мишенью шуток — дескать, он единственный солдат, которому приходится тренироваться в надевании костюма, но и в этом случае он всегда остается самым последним.
Пока они одевались, раздавалось немало речей в адрес начальства, не дающего Драконам ни малейшей передышки. Муха Моло ворчал больше всех, но даже Бешеный Том, которого обычно все веселило, был явно зол. Когда Том сказал, что ни одна еще армия в истории школы не дралась дважды в один и тот же день, Виггин ответил:
