– Ну тогда я тоже пойду, – кивнула она и пододвинула к мальчишке стул, – приятно вам поболтать.
– Подожди, Веснова, – спокойно произнес Фрэд и придержал её за плечо. Он требовательно надавил него, чтобы девочка села на свое место. Сам он сел напротив, чуть нахмурил брови и произнес так, словно его это заставили сделать под дулом пистолета: – ну ты это, прости меня, в общем, – он почесал затылок и добавил уже смелей: – я глупо себя повел вчера, гадостей наговорил… извини, ладно?
– А смысл всего этого? – вдруг спросила Олеся. – Нет, тебя-то я прощу, ладно… но на следующей тренировке ты опять будешь обзываться… толкаться, – и она невольно коснулась плеча.
– Сильно болит? – Фрэд сморщил нос, точно сам прочувствовал эту боль.
– Синяк есть… – тихо ответила девочка, отводя взгляд.
– Ну прости, Олеська… я правда не хотел. И вообще, я тебе обещаю быть более сдержанным. Не буду я больше обзываться… постараюсь. И толкать ни в коем случае тоже не буду. Честно-честно, буду послушным и тихим. Мне правда очень стыдно, не знаю, что на меня нашло… – мальчишка легонько улыбнулся, коротко взглянув на Олесю. – Прости, пожалуйста.
Девочка слабо рассмеялась:
– Ладно, забыли, – заверила она, дабы мальчишка отстал. – Но как же Шейли? Она вроде, была зла на тебя вчера… и даже…
– А, – махнул рукой Фрэд. – Все нормально, мы с ней уже помирились. Ты серьезно подумала, что она меня выгонит?
Олеся пожала плечами, не зная, что ответить. На самом деле, она почувствовала какое-то облегчение после слов мальчика, но было ей сейчас почему-то неловко.
– И еще… – произнес Фрэд. – Дай руку.
Девочка непонимающе взглянула на него, но все же неуверенно выполнила просьбу.
Мальчишка что-то вытянул из кармана штанов, вложил в ладонь Олесе и согнул пальцы, чтобы девочка сейчас ничего не увидела.
– Жду на тренировке, сбой, – весело улыбнулся он и поспешно ушел.
Девочка медленно раскрыла ладонь, чувствуя в ней что-то небольшое и прохладное. И ахнула: на ладони лежало насыщенно-синее эльфийское крыло; оно излучало легкое бирюзовое свечение, а при более внимательном всматривании, казалось, будто внутри него плавно переливалась вода. Невероятно красивое и завораживающие взгляд… И, что самое главное, а вместе с тем отчего-то и пугающее – настоящее. Настоящий символ Венца! Олеся еще не могла знать этого наверняка, но точно чувствовала, что так оно и есть.
Глава Черноэльфов
Уже битый час Олеся сидела за прочтением книг, в их же окружении – они были разложены по всей кровати. Девочке жутко хотелось спать – время перевалило за полночь, а она все вчитывалась и вчитывалась, выписывала какие-то моменты в тетрадь, а так же читала не только школьные учебники, но и те, что нашла в школьной библиотеке и в доме у Флоренс.
«Главное – опять не проспать» – невольно подумалось ей, и она пере-вернула страницу учебника.
Оказывается, лично со слов Дамиры, она будила утром Олесю, но та сонно сказала, что еще полежит пять минут и встанет. Даже Флоренс подтвердила, что всё так и было, но девочка совершенно не помнила этого.
Вздохнув, Олеся принялась читать про знаки для волшебной ручки. Конечно, данные занятия у их группы почему-то еще не проходили, но девочка решила узнать что-то наперед. Книга её так заинтересовала, что девочка и не заметила, как стрелки часов передвинулись к двум часам ночи.
Олеся уже решила закругляться, потому, как она умудрилась заснуть на несколько минут прямо с книгой в руках, а как только та хлопнулась ей на живот, то девочка тут же распахнула глаза.
Олеся переоделась в пижаму и уже собралась ложиться спать, как вдруг вспомнила о листке, который вырвала из блокнота господина Ротиги! Она же так и не прочитала, что там написано…
Вытянув из кармана штанов весь измятый пожелтевший листок, Олеся уселась на кровати и принялась вчитываться в едва разборчивый, размашистый почерк: «Веснова Олеся – следующая владелица Венца жизни. Родилась на Эльфарии, живет на Земле. Скрыта специальным знаком – узнать точное местоположение никому не удается. Рождена под знаком зодиака Сильфиды. Скоро должна явиться на Эльфарию, чтобы собрать символы и получить Венец. Миранда в про…» и запись на этом обрывалась. Девочка раздосадовано вздохнула – ничего интересного она не узнала, да и биография её какая-то сухая… и зачем Ротиги все это помечал? Получается, Олесю он знал еще до того, как она оказалась в этом мире…
– На самом интересном месте оборвалось, – вздохнула она, вчитываясь в имя своей мамы. – Интересно, что он писал про маму?
Но не единой логичной мысли не приходило на ум.
