Эон. Исследования о символике самости полностью

⁶³ Тень, сизигия и самость суть психические факторы, адекватное представление о которых можно составить лишь на основе более или менее всеобъемлющего их переживания. Поскольку эти понятия возникают из переживания реальности, они могут быть прояснены только дальнейшим опытом. Философы найдут в них массу поводов для возражений, если, конечно, не начнут с признания того, что речь идет о фактах и что «понятие» есть всего-навсего краткое описание или определение этих фактов. Подобная критика способна повлиять на объект не больше, чем рассуждения зоологов – на утконоса. Важно не само понятие; понятие есть всего лишь слово, фишка, и имеет определенное значение и применение только потому, что обозначает некую совокупность переживаний. К несчастью, я не в состоянии передать этот опыт моим читателям. В многочисленных публикациях я старался, с помощью клинического материала, обрисовать не только природу этих переживаний, но и метод их получения. Везде, где мои методы применялись по-настоящему, приведенные мной факты подтверждались. Спутники Юпитера можно было увидеть и во времена Галилея, если бы только кто-нибудь взял на себя труд воспользоваться его телескопом.

⁶⁴ За пределами более узкой сферы профессиональной психологии эти фигуры находят понимание у всех, кто обладает хоть какими-то познаниями в области сравнительной мифологии. Они без труда узнают в тени враждебного представителя темного хтонического мира – фигуру, чьи характерные черты универсальны. Сизигия доступна непосредственному восприятию как психический прототип всех божественных пар. Наконец самость, в силу своих эмпирических особенностей, оказывается eidos, лежащим в основе важнейших идей единства и целокупности, присущих всем монотеистическим и монистическим системам.

⁶⁵ Я считаю эти параллели крайне важными, ибо с их помощью возможно соотнести так называемые метафизические понятия, утратившие ключевую связь с естественным опытом, с живыми, универсальными психическими процессами, дабы они могли вернуть себе свое истинное первоначальное значение. Тем самым восстанавливается связь между эго и проецируемыми содержаниями, ныне формулируемыми как «метафизические» идеи. К сожалению, как уже говорилось, сам факт существования метафизических идей и вера в них отнюдь не доказывают действительного существования их содержания или объекта, с которым они соотносятся, хотя совпадение идеи с реальностью в форме особого психического состояния, состояния благодати, не следует считать невозможным, даже если субъект неспособен вызвать его волевым усилием. Как только метафизические идеи утратили способность вызывать в памяти первоначальный опыт, они не просто стали бесполезны, но и оказались настоящим препятствием на пути к дальнейшему развитию. Человек цепляется за то, что когда-то означало богатство; чем бесполезнее, непонятнее и безжизненнее оно становится, тем упрямее цепляются за него люди. (Естественно, они держатся только за стерильные идеи; живые идеи достаточно содержательны и богаты, а потому держаться за них не обязательно.) Так, с течением времени нечто, полное смысла, превращается в бессмыслицу. Такова, к несчастью, судьба всех метафизических идей.

⁶⁶ Вопрос о том, что же могут означать подобные идеи, волнует сегодня многих. Мир, хотя он еще не полностью отвернулся от традиции, давно уже не жаждет услышать «откровение»: он предпочел бы услышать, чт'o это откровение значит. Слова, звучащие с кафедр проповедников, непонятны и требуют объяснения. Как смерть Христа принесла нам спасение, если никто не чувствует себя спасенным? Каким образом Иисус может быть Богочеловеком и что из себя представляет такое существо? Что такое Троица, непорочное зачатие, причащение и все прочее? Какова связь между миром подобных понятий и миром повседневным, чью материальную реальность изучают самые разнообразные естественные науки? По меньшей мере шестнадцать часов из двадцати четырех мы живем в этом повседневном мире, а оставшиеся восемь предпочитаем проводить в бессознательном состоянии. Где и когда происходит нечто такое, что может хоть отдаленно напомнить нам о таких явлениях, как ангелы, манна небесная, благословения, воскрешение мертвых и т. д.? Весьма удивительным открытием было обнаружить, что во время бессознательного состояния сна наблюдаются так называемые «сновидения», которые иногда содержат сцены, имеющие отнюдь не незначительное сходство с мифологическими мотивами. Мифы суть рассказы о чудесах и повествуют обо всех тех вещах, которые очень часто выступают объектами веры.