Расцвет в тропиках наступает быстро. Сплошная темная крона старого мангового дерева в адмиральском саду стала светлеть, на ней обозначились отдельные ветви, а затем и жесткие глянцевые листья. Лучи солнца, еще не поднявшегося из-за холмов, окрасили облака над Руамом в кроваво-красные цвета.
Адмирал сидел в кресле, положив руки на мягкие подлокотники, и сквозь прозрачные двери смотрел, как покачиваются на поверхности бассейна белые, словно налитые воском цветки, упавшие с куста. Сегодня Кондраки не влекла манящая свежесть воды. Перед его глазами настойчиво всплывали картины истерзанной, обугленной земли, в которую превратился Ликпо.
Все надежды и планы, связанные с этим островом, рухнули. А тут еще этот вызов в Вашингтон! Консультации – это, конечно, лишь уловка. После всего случившегося министр обороны стремится лишить его, Стивена Кондраки, реального контроля над группировкой. Где выход из этой ситуации?
Чтобы уменьшить боль, глухо пульсирующую в затылке, адмирал обхватил голову руками и стал раскачиваться в кресле, как китайский болванчик. От резкого телефонного звонка он вздрогнул, с усилием приподнялся в кресле и протянул руку к трубке.
– Все сделано, Стив, – послышался будто сквозь туман голос Билла Вольфа.
– Ты о чем? – Мозг Кондраки с трудом переваривал самую простую информацию.
– Да про помощника твоего. Он осматривал достопримечательности Интрамуроса, и кто-то всадил ему нож в спину. Теперь понятно?
– Понятно, – вяло отозвался командующий.
Известие об убийстве майора Гонсалеса не принесло адмиралу успокоения. Смерть помощника не могла оживить мух, сожженных напалмом.
– Это произошло в самом центре Манилы, – торопливо продолжал Билл Вольф. – Не все так гладко, как хотелось бы. Могут всплыть свидетели. Но речь идет о гибели американского военнослужащего. Надо взять расследование на себя и оттеснить от дела филиппинцев.
– Я вышлю команду, – сказал Кондраки. – Куда лучше, в Кларк или в Субик?
– Пожалуй, в Кларк. Пусть парни из военного атташата встретят гостей, чтобы я лишний раз не светился.
Адмирал набрал номер дежурного по штабу и рявкнул в трубку:
– Старшего группы криминалистов срочно ко мне на виллу!
– Есть, сэр! – отозвался дежурный, положил трубку и удивленно пожал плечами.
– Чего ему? – спросил начальник ночной смены караула.
– С какого-то рожна потребовался на вилле криминалист. Вот, спрашивается, на черта в такую рань?
– Может, любимого кота нашего адмирала мыши покусали? – сказал начальник караула и рассмеялся собственной шутке.
Кондраки приказал команде военных криминалистов срочно вылететь в Манилу для расследования убийства майора Гонсалеса.
– Запомните! – внушал он старшему группы, завершая беседу. – Вы отрабатываете одну версию и все факты, какие бы они ни были, подгоняете только под нее. Все остальное, что нас не устраивает, отметаете!
Отдав распоряжение о вылете на Филиппины самолета с пятью военными следователями на борту, адмирал позвонил сенатору Ферри.
– Вынужден тебя побеспокоить, Майкл, – начал он. – Я получил от Маккензи телеграмму, он вызывает меня в Вашингтон.
– За каким чертом? – сквозь зубы процедил сенатор.
– Пишет: «Срочно прибыть для консультаций».
В ответ на другом конце линии что-то грохнуло, Питон выругался.
– Что там у тебя? – забеспокоился Кондраки.
– Это я пепельницу швырнул на пол! Устал я от твоих проблем. То одно, то другое! Ты мне нужен там, на своем месте. Оставлять триста тысяч военных без нашего контроля никак нельзя. Они очень скоро могут потребоваться. Я должен получить власть независимо от исхода голосования. Откажись от поездки в Вашингтон под любым предлогом. Ты понял меня?
Консулу Марио Манчини, только что вернувшемуся из командировки в Соединенные Штаты, пришлось заниматься отправкой тела Энрике Гонсалеса на родину. Заботы о траурной церемонии в Маниле взяла на себя администрация президента Филиппин.
На отпевание перед небольшой белой церквушкой, приютившейся в пыльном, прогретом солнцем переулке, собралось около десятка дальних родственников Энрике Гонсалеса, которых успела обзвонить Арлин Мартинес. От посольства США, кроме самого Марио Манчини, были военный атташе и его помощник.
Перед началом церемонии к американцам подошла Арлин Мартинес.
– Спасибо, господа, что пришли на церемонию, – сказала она.
– Это наш долг! – заявил военный атташе, наклонил подбородок и опять гордо вскинул его. – Но для американской стороны важно, чтобы расследование было доведено до конца, убийцы найдены и наказаны по справедливости. Адмирал Кондраки очень озабочен случившимся и прислал группу военных криминалистов. Я встретил их сегодня в Кларке и доставил в Манилу.
– Боюсь, что вы ездили зря. Их помощь не требуется. Госпожа президент отдала соответствующие распоряжения министру внутренних дел и взяла расследование под свой личный контроль.
– Здесь все очевидно и без расследования. Я разговаривал с руководителем криминалистов. Он считает, что с американским офицером расправились коммунисты из так называемой Новой народной армии, финансируемой Китаем и Россией.
Арлин Мартинес презрительно сжала губы.
