Эпидемия стерильности полностью

Однако в ретроспективе на слова Блейзера стоит обратить внимание по другой причине. Примерно десять лет спустя он высказал совершенно другую точку зрения. Он не отрицал, что H. pylori является причиной развития болезней — такое может происходить и действительно происходит. Но он утверждал, что изгнание этой бактерии из желудка человека повлекло за собой новые заболевания, главное из которых — астма.

Мы проанализируем детали этой идеи Блейзера немного ниже, но сейчас запомните основополагающее правило коэволюции: любой комменсал, к которому толерантен его хозяин, по всей вероятности, активизирует регуляторные цепи иммунной системы. А как мы уже неоднократно видели, усиление этих цепей предотвращает воспалительные заболевания, в частности астму.

Сегодня на H. pylori возлагают ответственность примерно за 63% случаев рака желудка, что составляет около 5,5% злокачественных опухолей, поражающих человека[320]. Ученые предполагают, что этот микроорганизм вызывает ряд других болезней, от рака поджелудочной железы (одного из самых опасных видов рака) до болезни Паркинсона и сердечно-сосудистых заболеваний. Многие считают эту бактерию проблемой общественного здравоохранения, особенно в развивающихся странах, где уровень ее распространенности остается высоким. Один ученый называет H. pylori желудочным демоном.

Именно поэтому в один прохладный день в начале сентября 2010 года я с некоторым нетерпением приехал на совещание в лабораторию Мартина Блейзера в Школе медицины Нью-Йоркского университета, посвященное не уничтожению, а намеренному внедрению H. pylori.

Помещение в госпитале для ветеранов в Ист-Твентис, в котором проходит совещание, выглядит как типичное учреждение. Сабин Кинесбергер, постдокторант, выводит графики на большой экран. Она занимается генетическим выращиванием штамма H. pylori, который вырабатывает белки гораздо более опасной бактерии — Campylobacter jejuni, вызывающей диарею. Обоснование этого подхода носит двоякий характер: одна инъекция не обеспечивает вакцинацию против таких патогенов, как C. jejuni. Иммунная система либо забывает о них, либо не видит их достаточно четко с самого начала. В итоге человек может часто болеть из-за одного и того же микроорганизма.

Однако Кинесбергер считает, что постоянная стимуляция иммунной системы позволяет сорвать эту шапку-невидимку. Иначе говоря, такая стимуляция представляет собой постоянное напоминание о том, как выглядит этот патоген. Как можно обеспечить такую иммуностимуляцию, не прибегая к ежедневным инъекциям? Для этого можно ввести H. pylori. Кинесбергер надеется, что ей удастся внедрить штамм-химеру H. pylori (бактерию, которая достаточно похожа на C. jejuni), для того чтобы напоминать иммунной системе о реальной бактерии C. jejuni.

Сегодня, когда Сабин Кинесбергер представляет вниманию присутствующих результаты предварительных испытаний на мышах, всех интересует ответ на следующий вопрос: выработался ли у зараженных H. pylori мышей иммунитет на C. jejuni?

Блейзер и его давний коллега Гильермо Перес-Перес засыпают Кинесбергер вопросами. Возможно, следовало бы провести контрольное испытание с применением мертвых микроорганизмов, спрашивает Перес-Перес. В противном случае разве может она быть уверена в том, что наблюдает результаты колонизации живыми микроорганизмами? Блейзер прибавляет, что Кинесбергер понадобится самовоспроизводящийся микроорганизм, чтобы все это сработало. Может ли она подтвердить, что эта бактерия воспроизводится? Однако никто из присутствующих не критикует идею, которая меняет всю парадигму: введение канцерогена в кишечник в надежде на укрепление здоровья. (В Австралии Барри Маршалл применяет аналогичный подход — создает штамм-химеру H. pylori, вырабатывающий белки вируса гриппа[321].)

Я задаю вопрос: почему выбор пал именно на H. pylori, а не на какой-либо другой микроб с менее зловещей репутацией?

«Мы глубоко убеждены в том, что Helicobacter pylori приносит определенную пользу, что это не патоген», — отвечает Кинесбергер, имея в виду способность этой бактерии выживать там, где мало что может выжить. Она утверждает, что, поскольку эта бактерия доминирует в такой нише, как желудок, значит, она является его неотъемлемой частью — другими словами, она необходима нам (хозяевам) в этом месте.

Как эти еретические идеи стали основополагающими представлениями в лаборатории Блейзера?