Эпидемия стерильности полностью

Через два дня после трансплантации у женщины впервые за много месяцев появились твердые испражнения. Корац продолжал следить за состоянием ее здоровья. Он регулярно брал у нее образцы микрофлоры и обратил внимание на то, что бактерии типа Bacteroides, которых раньше почти не было, совершили триумфальное возвращение[426]. Примерно две недели спустя микробиота этой женщины мало чем отличалась от микробиоты ее мужа. Через месяц микробиота женщины изменилась, приобрела индивидуальные черты, но сохранила отличительные признаки микробиоты мужа. Полгода спустя здоровье пациентки восстановилось. «Я не ожидала, что это сработает. Я в полном восторге от этого проекта», — сказала в интервью The New York Times Джанет Джексон, которая выполняла анализ ДНК микробиоты женщины.

Данный пример иллюстрирует одну из опасностей нарушения микробиоты. За период с 1999 по 2004 год в США в четыре раза повысилась смертность от C. difficile[427]. Из 500 000 заразившихся C. difficile в год умирает от 15 000 до 20 000 человек. Шесть процентов людей, у которых диагностировано это заболевание, уходят из жизни в течение трех месяцев. Среди людей старше 80 лет уровень смертности в два раза выше — 13,5%.

C. difficile естественным образом присутствует более чем у половины здоровых новорожденных и у 2% здоровых взрослых[428]. В большинстве случаев эта бактерия приводит к развитию заболевания только после лечения антибиотиками и пребывания в больницах, где пациенты, сами того не зная, подхватывают ее.

Никто точно не знает, почему эта бактерия стала более вирулентной в последние десятилетия, однако виной тому может быть общее истощение микробиоты. В ходе проспективного исследования было установлено, что у поступивших в одну из монреальских больниц пациентов, у которых возникла диарея, вызванная бактерией C. difficile, с самого начала была видоизмененная микробиота, содержавшая больше бактерий типа Firmicutes и меньше бактерий типа Bacteroides[429]. Если вы помните, сравнение микробиоты итальянских и африканских детей показало, что вестернизированная микробиота изменилась именно в этом направлении — в сторону конфигурации, уязвимой к заражению бактерией C. difficile.

Подход Кораца к восстановлению всей экосистемы стал одним из самых перспективных методов лечения диареи, вызванной C. difficile. По данным метаанализа (охватившего, надо признать, только мелкие неконтролируемые исследования), трансплантация фекальной микробиоты решала проблему в девяти из десяти случаев, причем у этого метода лечения не было негативных побочных эффектов.

Учитывая роль микробиоты в функционировании иммунной системы и обмене веществ, ученые задались вопросом, могут ли «микробные прививки», как называет их Корац, вылечить и эти болезни. Австралийский ученый польского происхождения Томас Бороди, который стал первооткрывателем «фекалотерапии» в 90-х годах, успешно лечил пациентов, страдающих воспалительными заболеваниями кишечника[430]. Клизмы с «вытяжкой человеческих пробиотиков» (экскрементами здоровых доноров) привели к наступлению ремиссии у шести пациентов, страдавших язвенным колитом. Тринадцать лет спустя эти люди оставались совершенно здоровыми. Бороди продолжает испытания с участием людей, страдающих болезнью Паркинсона.

Не так давно голландские ученые применили трансплантацию фекальной микробиоты для лечения метаболического синдрома[431]. В ходе двойного слепого плацебо-контролируемого исследования они выполнили пересадку стула худощавых людей восемнадцати мужчинам, страдающим ожирением, которым недавно поставили этот диагноз. (Члены контрольной группы получали собственные фекалии.) Реципиенты не потеряли в весе, но у них наметилось улучшение: уровень вредных жиров в крови снизился, а резистентность к инсулину уменьшилась.

Возможно, однажды, оглянувшись на эти эксперименты, мы сочтем их примитивными. К тому времени мы будем лучше понимать сложное взаимодействие между генотипом и микробиомом. Мы сможем формировать микробиоту посредством антибиотиков узкого спектра действия и пребиотиков: добавлять и удалять различные виды микробов, приводить микробное сообщество в состояние равновесия. По всей вероятности, для этой цели у нас будут фекалоподобные микробные смеси — продукт, который уже находится на стадии разработки. Однако все это не будет просто. В ходе одного исследования, изучавшего человеческие микробные сообщества в четырех странах, было обнаружено, что существуют различные группы кала (минимум три), подобно группам крови[432]. Другими словами, мы не можем просто подбросить любое микробное сообщество в кишечник и ждать чуда. Возможно, придется подбирать микробы на индивидуальной основе[433].