Рассказывая, он достал еще по чизбургеру и сунул в микроволновку. В последнее время случилось столько обломов, что я не верил своим ушам. Это что же, я встречусь с сотрудником самого Агентства? Плевать на его темные делишки, да на все плевать, потому что у него может быть доступ к таким вещам… Может, и правда еще поживу, побарахтаюсь, взгляну на настоящее, а не нарисованное солнце?
Поужинав, с попугаем на плече удалился в выделенную мне комнату. Решил на всякий пожарный осмотреть ее. Кровать, шкаф, тумбочка, стулья, сейф, зарешеченное окно, вроде никаких скрытых лазов, через которые по мою душу ночью может прийти киллер. Выключив свет, отодвинул занавеску, выглянул: по соседству такой же дом на платформе, на лавочке у входа курит мужик. Возле двух пришвартованных лодок, похожих на рыбацкие ялики, разговаривают трое. В мою сторону вроде не смотрят, значит, опасности нет. Через дверь сюда вряд ли кто-то проникнет: вход охранял Гудвин.
Убедившись, что мне ничего не угрожает, я улегся и попытался собрать беспорядочно мечущиеся мысли. Минут через десять удалось. Теперь надо связаться с Технозамком, узнать, как у них дела. Карло обещал докладывать, если вдруг что случится.
Инвалид обрушил на меня поток информации. Мол, спасибо за кристаллы, уловитель молний строится, завтра по первому требованию меня и гостей телепортирует в Технозамок. А так все по плану — шахты работают, техники и солдаты базового уровня обучены и теперь хоть что-то из себя представляют, а еще у нас появилось три инсектоида и десять базовых пехотинцев. Никто не набежал, химера приручена и опасности не несет. Дракон Запашок катает зомбей на хребте и развлекается, шугая рабочих.
И что, это все насущные проблемы? Жаль, что здесь нет снотворного, меня ж мысли до утра не то что заедят — обглодают. Повалявшись немного, я встал, выглянул в окно. На черной водной поверхности качались сотни огней — от фонарей, окон, проплывающих катеров. Все, как настоящее, ничем не отличается от реальности. Разве что тем, что тут интересней жить и меньше запретов. А так — то же небо, звезды, огоньки эти. Даже запахи есть, свист ветра, шум шагов. Поневоле вживаешься в мир и начинаешь верить, что он реальный. Или наше сознание определяет настоящее и искусственное?
Дурацкие мысли лезут в голову, на ночь глядя. Полюбовавшись пейзажем, я снова залег и на этот раз уснул.
Разбудил меня скорбный вой. Спросонья казалось, что сама земля стонет и жалуется, жалуется, жалуется… Это еще что такое? Босиком прошлепал к окну и увидел похоронную процессию: там плыл плот, обитый белым бархатом, на нем стоял гроб. Крышка в форме короны была сдвинута. Меня передернуло. Наверное, долго буду морщиться при виде короны, она перестала для меня быть символом власти, а обозначала подлость и смерть.