Я был у трапа, когда в середине купола возникла щель, будто его взрезали гигантским ножом, стала расширяться, наполняя сумеречное помещение красноватым светом. И тут же Карло, выбравшись из дальнего люка, покатился к нам.
Нырнув в вертолет, я пробежал через грузовой отсек, где на разбросанных мешках сидели пять моих верных альтернативщиков. Здесь же пританцовывал, недоверчиво на них косясь, Гудвин.
– Не трогать мертвых! – приказал я на бегу.
Таня была в кабине. Я уселся за штурвал и завел машину. С шумом завращались огромные лопасти.
Грохнул такой взрыв, что пол качнулся под ногами. В круглый боковой иллюминатор было видно, как задраенный люк сорвало с петель и киборги полезли в образовавшуюся дыру.
С управлением разобрался довольно быстро, но плавно вести вертолет с непривычки без помощи не получалось. Автопилот периодически корректировал слишком крутые виражи – и на том спасибо. В кабине было шумно. Я нашел две пары наушников, одну надел сам, вторую отдал Тане. Зомби притихли, Гудвин устроился на полу и растопырился, чтобы не мотало.
Машина заложила круг над НИИ кибернетики. Небоскребы Аушево подпирали багряное, темнеющее к закату небо. Техника казалась игрушечной с такой высоты, а киборги – муравьями.
Хитрая электроника вертушки подсказывала, что делать, и работа пилота была, мягко говоря, несложной: задал направление с высотой и отдыхай.
Я присоединил свой коммуникатор – наконец-то заработавший! – к бортовому компьютеру. Открыл карту, выбрал Пики и ткнул в них. Технозамок где-то там.
От НИИ до Пик было далеко, лететь предстояло отнюдь не пару минут. Набрав еще немного высоты, удостоверился, что курс верный, и повернулся к Тане. Она склонилась над Карло, который болезненно постанывал. Девушка разложила перед собой медикаменты, выбрала шприц и вкатила ему в бедро дозу лекарства.
– Обезболивающее, – пояснила она. – Хорошо, что мы не в реальности, никогда я быть врачом не хотела.
Зафиксированный на кушетке Карло заснул, и Таня ножом разрезала футболку у него на животе. Кровища… И железка торчит. Выдернула железку и бросила на пол. Выплеснулась кровь. Таня часто задышала сквозь сжатые зубы, схватила «универсальный заживляющий жидкий пластырь» – спрей, найденный мною еще в логове доктора Моро, и щедро полила рану. Впалый живот Карло покрылся пленкой.
– Все, – тихо сказала она, вытирая руки, – теперь поправится. Через двадцать минут будет как новенький, но еще два часа останутся ограничения по силе и ловкости.
– Вот и хорошо, – кивнул я.
– Долго нам лететь?
– Почти через весь Кластер.
