Все ломанулись за мной. Тварь тоже ломанулась, бежала там вверху, цокала по трубе, цокала и цыкала, сволочь. Интересно, что оно такое? Воображение рисовало то огромного паука, то «чужого», то когтистого получеловека. Лучше не знать, пусть так и остается неведомой хренью.
Вскоре она отстала — то ли поняла, что ей не светит пожива, то ли труба ушла в стену или грунт. Я остановился и перевел дыхание, присосался к фляге. Балбес дышал сипло и икал. Дара уперлась руками в бедра.
— Повезло, — прохрипела она. Даже уставшая, взмыленная, Леди Оргазм удивительным образом оставалась обворожительной.
— Недо-до-долго оста-та-та… Я да-да-давно не ходил тут. Надеюсь, бе-бе-безопасно. Еще. Когда-то ходы-выходы закупорил, чтоб не ле-лезло всякое.
Снова пошли на цыпочках, медленно. Вскоре Балбес отодвинул лист жести, и мы боком протиснулись в некое подобие вентиляции, где гулял пыльный ветер. Так же, боком, в абсолютной черноте, шли, казалось, вечность. Оружие громыхало, чиркая по металлу. Мы часто замирали, прислушиваясь.
В темноте кто-то ходил, вздыхал и стонал. Или только чудится? Может, это просто сквозняк играет на расшатанных нервах? В любом случае осторожность не помешает. Вдалеке я увидел пятнышко света и ускорился, надеясь, что там выход, но, похоже, нет — просто решетка в стене. Свет блуждал, становился то ярче, то тускнел. Неужели там человек с фонариком? Мы застыли, и я различил тяжелую поступь, совсем не похожую на человеческую. Протиснулся к решетке (здесь она была пониже), выглянул и обомлел.
Существо напоминало гибрид человека и донной рыбы: блестящее от слизи, с огромным губастым ртом и фосфоресцирующими полипами, усеивающими голову и свисающими до покатых плеч. Глаза — белые, подернутые пленкой, немигающие. Носа я не заметил. Руки короткие, больше похожие на вытянутые плавники с иглами дикобраза. Длинный крысиный хвост с шипами, слоновьи ноги.
