– Полезли внутрь, – предложил я девушке.
Откинул люк на ближайшем к выезду БТР, мы забрались в пахнущее машинным маслом нутро, и тут пришло новое сообщение:
– Топливо есть, – пробормотал я, когда приборы ожили. – Все, пристегнись и держись покрепче.
– А как дальше будет? – спросила она.
– Дальше разгоняемся и тараним ворота.
Мотор завелся с недовольным урчанием. Тень устроилась рядом, мы пристегнулись, она обеими руками вцепилась в сиденье. Я рванул рычаг и крикнул:
– Поехали!
Краем глаза заметил, как девушка зажмурилась. Ворота стремительно приближались… БАБАХ! Тряхнуло сильно. Тень тихо взвизгнула. С мерзким скрежетом ворота провалились вперед, и машина вылетела под свет дня.
Вокруг кипел бой. Я резко повернул, еще раз – БТР, почти неуправляемый, понесся с крутого склона.
– Тормозим! – заорал я с перепугу.
Линия фронта, если это можно так назвать, мгновенно осталась позади. Я дернул за рычаг. БТР протаранил земляной горб и встал задом к вершине горы так резко, что меня бросило вперед и я повис на ремне. Рев двигателя стих.
Не обращая внимания на то, что творится кругом, вытащил КПК, кинул Россу мессагу:
