Лукреций жил в эпоху ожесточенной борьбы между основными классами римского общества — рабами и рабовладельцами, а также между малоимущими, но свободными гражданами Римской республики — демократами — и сравнительно немногочисленными состоятельными людьми — оптиматами. Он был очевидцем смены режимов Мария, Юлия Цезаря, Суллы и таких крупных социальнополитических событий древнеримской истории, как знаменитое восстание рабов под предводительством Спартака, восстание рабов в Сицилии и др. Лукреций выражал и защищал интересы относительно прогрессивных средних слоев рабовладельцев, которые в ту бурную эпоху социально-политических потрясений, завоевательных войн и ожесточенной партийной борьбы постоянно разорялись и превращались в неимущих граждан.
Отношение Лукреция к борьбе классов в современном ему обществе и к существующему политическому строю в какой-то мере нашло свое отражение на страницах его знаменитой поэмы (см. 28, I, 41–43 и III, 59–61, 70–73). Бичуя нравы правящей верхушки, осуждая проявления жестокости и преступления против человечности, совершаемые рабовладельцами, он, однако, отнюдь не выступал в защиту рабов, а лишь стремился предупредить борющиеся между собой слои и группы господствующего класса о надвигавшейся катастрофе, призвать их к прекращению внутренних раздоров и междоусобных войн, к соблюдению законов и поддержанию республиканского строя. Если Эпикур развил и усовершенствовал атомистику Левкиппа — Демокрита, то Лукреций творчески воспринял материалистическую философию своих великих греческих предшественников и внес в нее новый вклад. Поэма Лукреция представляет собой непревзойденный образец художественного изложения античного материалистического мировоззрения, а его философское учение — вершина материалистической и атеистической мысли древности.
Вслед за Эпикуром Лукреций в своей натурфилософии исходит из материалистического принципа вечности материи, несотворимости и неуничтожимости материальных первоначал (см. 28, I, 149–264). Он отвергает идею божественного сотворения мира, считая, что «из материи все вырастает своей и живет ей» (28, I, 191). По словам Маркса, у Лукреция мы видим «…природу, лишенную божественного характера, и бога, отрешенного от мира» (2, 176).
Подобно Эпикуру Лукреций считает основными сущностями, или началами, мира тела (атомы) и пустое пространство (пустоту).
В соответствии со взглядами своего учителя он разрешает также вопрос о взаимоотношении материи и движения. Материя, по Лукрецию, вечно движется в пустоте; движение неотделимо от материи и немыслимо без нее. Таким же образом время не существует «само по себе, вне движения тел и покоя» (28, I, 463), являясь свойством вечно движущихся и изменяющихся материальных вещей. Интересно отметить, что, по мнению Лукреция (в этом пункте пошедшего дальше Эпикура), пустое пространство также немыслимо вне материи (см. 28, I, 1008–1011). По меткому выражению академика С. И. Вавилова, «можно было бы сказать, если бы это не звучало слишком уже современно, что у Лукреция
Как и Эпикур, Лукреций считает, что отдельные миры преходящи, подвержены изменениям, имеют начало и конец. Он дает развернутую картину возникновения мира и образования его отдельных частей. Много глубоких и оригинальных мыслей содержится в его описании развития жизни на земле из неорганической материи, возникновения человеческого общества и основных периодов его исторического развития. Основу прогресса человечества Лукреций вслед за Демокритом видел в развитии материальной культуры людей, обусловленном нуждой, накоплением опыта и усовершенствованием разума (см. 28, V, 235—1457).
Ярким свидетельством углубления и развития эпикуреизма служит последняя, шестая, книга поэмы Лукреция, где он выдвигает ряд интереснейших научных гипотез о причинах метеорологических и магнитных явлений, землетрясений, изменений морской поверхности, действия вулканов и т. д. Одни из этих гипотез перекликаются с соответствующими идеями Эпикура, другие выдвинуты самим Лукрецием.
В теории познания Лукреций подобно своему учителю исходит из материалистического сенсуализма. Подробно разрабатывая теорию истечения образов от материальных предметов и учение о чувственных восприятиях, он во многом развивает далее соответствующие идеи Эпикура. Так, основываясь на гениальной догадке Эпикура (см. 93, 47–58), он создает учение об абсолютном пороге ощущений.
