Тормоза его машины завизжали, когда он остановился возле двухэтажного белого дома, одного из немногих, в котором всё ещё играла громкая музыка. Во дворе стоял огромный бочонок пива, определённо, это тот самый дом. Три тридцать утра, и вокруг со всех сторон стояла тишина. Ритм музыки, который он слышал по телефону, совпал с музыкой, доносившейся из этого дома. Кайло не пытался найти место среди других машин — выключив двигатель и бросив машину посреди дороги, он вбежал внутрь.
Музыка внутри оказалась ещё громче и вульгарнее, а в комнате всё ещё было многолюдно, несмотря на поздний час. Толпа случайных тусовщиков уже давно ушла, оставив только членов студенческого братства и девушек, которых они пытались развести на секс. Кайло знал, что мозолит всем глаза своим видом — на нём были свитер и брюки — они валялись на полу и первыми попались ему на глаза. Почти все неприкрыто рассматривали его, он действительно не учёл это, не рассматривал возможность того, что на этой вечеринке были только студенты, которые могли быть его учениками, и они могли бы узнать в нём своего преподавателя. В этот момент он не мог повернуть назад. Он слышал её срывающееся дыхание по телефону.
Наверху в узком коридоре было полно перебравших парней — один пьянее другого. Особенно наглый из них, сжимая в руке наполовину пустую бутылку водки, прислонился к узкой белой двери, загораживая проход.
— Подвинься! — прорычал Кайло. Возможно, на нём и были надеты нелепые брюки, но он был сантиметров на двадцать выше этого пьяного юнца. — Или я сам подвину тебя.
Убрав с дороги препятствие, мужчина постучал в дверь, проронив в телефон:
— Рей? Это я.
Никакого ответа не последовало, и на мгновение Кайло поверил в то, что это просто шкаф, или, если на то пошло, он изначально забрёл в неверный дом. Затем замок щелкнул, и дверь немного приоткрылась. Влажные карие глаза Рей, красные и опухшие, смотрели на него. Пробираясь внутрь, Кайло положил в карман свой мобильный телефон и закрыл за собой дверь.
Рей покачивалась на ногах в узеньком пространстве. От неё пахло алкоголем и рвотой, а её рубашка промокла насквозь и была сильно растянута на шее, как будто кто-то пытался стащить её через голову, несмотря на сопротивление.
— Что случилось? — Кайло нервно сжимал кулаки, пытаясь сопротивляться иррационально сильному желанию ощупать и осмотреть Рей, мысленно успокаивая себя тем, что с виду она в порядке, или вернуться за дверь, выследить этого осла и убить его.
— Он вылил на меня свое пиво. Все его друзья смеялись, потому что моя рубашка была … — Она показала на мокрую прозрачную рубашку и понюхала, слегка спотыкаясь. В последнюю минуту перед тем, как Рей упала, профессор схватил её за руки и опустил на крышку унитаза, присев перед ней. — Я такая глупая, я даже не знаю, как я добралась до этой комнаты.
— Пойдем, — он должен уйти, прежде чем сделает что-то глупое. Гораздо более глупое, чем появляться на студенческой вечеринке. — Мне понести тебя?
— Я не настолько пьяна, — Рей невнятно вздрогнула, поднявшись и упав сразу в его объятия.
— Хорошо, чемпион. Всё, что ты пожелаешь, — обхватив девушку рукой за тонкую талию, он открыл дверь и выглянул в коридор. Стало немного тише и спокойнее, как будто студенты пронюхали, что здесь находится профессор, и ушли прятать пиво, травку и девочек. По лестнице было трудно понять, что происходит, но гораздо более неудобной была атмосфера, царившая внизу, когда они пересекли гостиную.
Даже несмотря на стучащий бас, в комнате, казалось, было тихо. Вся болтовня и разговоры прекратились, а все глаза уставились на эту странную парочку. Рей ни на что не обращала внимания, практически спотыкаясь о свои ноги, но Кайло почувствовал вес их взглядов. Он ощутил укол неловкости, видя осуждения в глазах студентов и вдруг понял, почему Рей так этого боялась. Он обнаружил, что его окружила стая волков, и подумал, что видел некоторые из этих злобных глаз на своих лекциях.
Снаружи он помог Рей сесть на пассажирское сиденье и пристегнул её. Она смотрела прямо,стеклянным взглядом, всем своим весом опираясь на ремень безопасности. Когда они были на полпути к его квартирке — Кайло повёз её туда по привычке, и потому, что он не мог бросить девушку в столь плачевном состоянии, Рей наклонилась и её стошнило прямо ему на колени.
— Прости меня! — Она продолжала повторять это, становясь все менее и менее внятной каждый раз. — Чёрт возьми, прости меня.
***
Кайло позволил ей прислониться к нему в душе, поворачивая её безвольное тело во все стороны и смывая рвоту и пиво с её кожи. Заодно он вымыл и её волосы, хотя они не были грязными, и когда он это сделал, Рей осторожно обняла его за пояс и расплакалась на его влажной груди, её горькие слёзы смешивались с горячей водой.
— Никто никогда не заботился обо мне.
— Т-с-с.