— Я видела, что этим летом ты получил финансирование на свои исследования, — с деловым видом Лея повернулась к сыну, подливая ему ещё вина.
— Тебе явно нечем заняться на работе, мама! — Сухо проронил Кайло. — Ты суёшь свой нос не только в мою личную жизнь, но уже и в работу.
— Я думала, ты будешь преподавать на летних курсах, — вмешалась Рей.
— Я собирался это сделать. Финансирование одобрили в последнюю минуту, — нахохлился Кайло. Его пальцы нервно играли на ножке бокала.
— И в этом преимущество работы на твою мать, — кисло добавила Лея. — В любом случае, я предлагаю тост.
Кайло согласился, поднимая бокал. Рей выпила ещё немного, прежде чем чокнуться бокалами.
— Чтобы Рей успешно завершила второй курс! — Лея одарила её милой улыбкой.
Рей мысленно добавила «в Нью-Йорке».
— За меня, убедившую своего своенравного сына работать на меня. В Греции. — Лея подняла свой бокал выше, сияя, словно новогодняя ёлка.
Рей ошарашенно моргнула, уставившись на мать своего парня, не совсем уверенная в том, что правильно поняла последнее слово.
— Что?
— В Грецию, — повторила Лея. — Для исследований Кайло.
— Мама! — пробормотал Кайло низким голосом. — Я ещё не сообщил об этом Рей.
Глаза Рей сверкнули. Его взгляд умолял её не сердиться, и почему-то она не сердилась, просто чувствуя слабую тупую боль под грудью, занявшую то же место, что и волнение и ожидание весь вечер. Она была рада не только приехать в Нью-Йорк, но и рассказать Кайло о том, что переезжает в этот город. Потерять это радостное предвкушение было почти так же, как получить удар в живот.
— О! — Лея покраснела, увидев, что они переглядываются. Она опустила бокал, не сделав ни глотка. — Извини — я просто предположила…
— Давайте сменим тему. Снова! — На этот раз Кайло выглядел именно рассерженным, а не просто раздражённым и смущённым. Весь остаток ужина разговор шёл наперекосяк. Слова, которые слышала Рей — ирландский институт в Афинах, Кефалония, раскопки Лейвато, гробница Толос, Микенский Период, — ничего не значили для неё. Она попыталась улыбнуться, когда Лея поймала её взгляд, но даже не пыталась натянуть подобие улыбки, когда Кайло смотрел на неё.
Когда Лея принесла праздничный торт, украшенный двадцатью свечами, Рей пришлось притвориться, что слёзы, которые она смаргивала, были слезами счастья.
***
Они молча подошли к машине. На этот раз Рей не позволила ему взять себя за руку. Она скрестила руки на груди и засунула под подмышки — и потому, что поздняя весенняя ночь была ещё прохладной, и потому, что не хотела, чтобы её трогали.
Кайло проследовал за ней к пассажирской стороне машины и придержал для девушки дверь. Рей помедлила, а затем развернулась к нему лицом. Он вцепился в дверь машины, готовый к буре.
— Я уволилась с работы. Я собиралась переехать в Нью-Йорк на лето, а теперь ты уезжаешь! — Горячие слезы обжигали её оливковые глаза.
— Ты уволилась с работы? — Вытянутое лицо Кайло, напряжённое в ожидании ссоры, расплылось в улыбке облегчения. Он пытался убедить её взять отпуск на лето уже несколько месяцев, чтобы она могла приехать в Нью-Йорк. Вспоминая то время, когда он торговался, делая щенячьи глазки, и умолял её тихим голосом, Рей рассердилась не на шутку.
— Теперь это не имеет значения. Ты будешь в грёбаной Греции! Ты должен был сказать мне раньше, — нет, я должна была догадаться! Рей распознала мучительное чувство, зреющее в животе — непреодолимый стыд за свою глупость. — Мне не следовало увольняться!
— Нет, Рей. — он потянулся к её руке, но девушка со злостью отдёрнула её. — Ты так боялась уезжать. Ты говорила, что лучше быть одинокой, чем так рисковать.
— Это был глупый риск! — закричала Рей, не заботясь о том, слышит ли Лея их из своего дома. — Ты должен был сказать мне!
— Я хотел, чтобы это был сюрприз! — Выражение его лица было необъяснимо-нежным, не подходящим для их разговора.
— Это… худший сюрприз. За всю жизнь! — Рей фыркнула, проводя хрупкой ручкой по лицу. Сопли и солёные слезы размазались по её коже. — Мне нужно позвонить в библиотеку. Может, они вернут мне работу… — Её голос звучал жалко, и ей было все равно. Она хотела, чтобы он чувствовал себя так же плохо, как и она.
— Рей… — Почему-то Кайло не выглядел раскаявшимся. Его глаза сияли под уличным светом фонаря. Он полез в карман и вытащил мятую, сложенную бумажку. Он протянул её ей.
— Что это такое? — Свежие слезы затуманили её зрение, когда она развернула бумажку.
— Я купил тебе билет на самолет. Чтобы ты полетела со мной в Грецию.
— Что? — Рей уставилась на бумагу. Это было подтверждение полёта, присланное по электронной почте. Её имя, рядом с его именем, забронировано место для перелёта из Нью-Йорка в Афины через две недели. Всё, что она могла сделать, так это растерянно пробормотать:
— Что?
— Я купил его на прошлой неделе, когда получил зарплату. Я собирался сделать тебе сюрприз на день рождения.
— Греция?! — По какой-то причине Рей в этот момент могла выдавить из себя только это слово.