Ещё только не хватало из-за собственной неосторожности пулю словить! Полину и Карпа недооценивать нельзя. А ну как они не рванули отсюда, а дожидаются подельников? Егеря уж на что ребята хваткие, а один чёрт в засаду влетели. И мы бы влетели, и нас бы пулемётом прижали и гранатами забросали, не реши Городец с тылу зайти. Ух…
Но медлить я тоже не медлил, короткими перебежками спустился к подножию холма и в начавшем тускнеть сиянии почти сразу заметил примятую траву, словно там упало что-то тяжёлое, как раз в основании полметра на полметра. Пошёл дальше и обнаружил сломанные ветки и оборванную листву.
Ну вот на кой чёрт Карп и Полина этот клятый контейнер с собой потащили? Почему не кинули? Без него ведь куда проще от преследования оторваться!
– Что у тебя? – поинтересовался капитан Городец, уже закинувший за спину радиостанцию, но сразу понял всё и без объяснений и поторопил: – Бегом!
Ну и побежали. Георгий Иванович, казалось, видел в темноте как кошка, а след держал ничуть не хуже ищейки, вот только стоило нам пересечь дорогу, и уже метров через двадцать он зашатался, приложил руку к сердцу, попятился назад.
– Девятый виток, – прохрипел капитан, отступая к обочине. – Не могу… Я – восьмого…
– И что делать? – растерялся я.
– Догони их. Останови!
Догони?! Останови?!
Единственное, чего мне сейчас хотелось, – это вскочить на мотоцикл и умчаться прочь, прежде чем рванёт радиоактивный заряд. Но – как я мог? Не мог. Никак не мог.
И дело даже не в капитане, просто получится, что все мои идеалы не стоят и выеденного яйца. Да и что потом – пика румба я ещё не достиг, а без доступа к Эпицентру уже и не достигну. И кем стану без сверхспособностей? Не хочу!
Обо всём этом я думал, пока Георгий Иванович навьючивал на меня радиостанцию.
– Как увидишь их, вызывай Бастион-восемь. Будешь координировать огонь. Понял?
– Да!
При свете дня я, пожалуй, рискнул бы поехать на мотоцикле, но в потёмках это было чистой воды сумасшествием, вот и побежал, сразу взяв неплохой старт. А что рация за спиной – так это нестрашно, она не тяжелее трёх дисков к пулемёту, выдюжу. Десантникам к марш-броскам тоже не привыкать, но им пришлось отмахать от места крушения аэроплана едва ли не десять километров, да ещё тяжеленный контейнер волокут. Пусть даже и задействуют сверхспособности, всё равно нагоню. Не такие уж и великие таланты у операторов одиннадцатого витка, в резонанс и тот войти неспособны. Точнее – способны, конечно, да только выход с него курам на смех даже по сравнению с моими скромными возможностями.
Должен нагнать!
И я поднажал. Вот только о навыках Георгия Ивановича мне оставалось лишь мечтать, поэтому сразу сбился со следа и бежал дальше просто в направлении Эпицентра, проклиная себя за невнимательность. Попытался уловить близкое присутствие операторов и не смог, но не сбился с шага, не замедлился, а всё увеличивал и увеличивал темп.
А впереди – никого! Да где же они?!
Лёгкие загорелись огнём, я выскочил на следующий виток Спирали и вмиг оставил дорогу позади, промчался ещё метров сорок и словно кулаком в нос получил, в голове вспыхнули искры, потекла по лицу кровь. По инерции я сделал ещё несколько шагов и ощутил давление и жжение, словно само пространство пыталось исторгнуть меня из себя. Внутри всё стянуло узлом, и это были отнюдь не последствия быстрого бега, просто я забылся и слишком сильно углубился на территорию десятого витка.
Мой предел – девятый!
Или нет? Или смогу?
Упрямо шагнул вперёд и сразу упал на колени, скорчился в приступе рвоты. Глаза невыносимо пекло, моргай – не моргай, толком ничего не разобрать. Впрочем, в любом случае обзор закрывал небольшой пригорок. Забраться бы на него, да не судьба. Мне и просто с земли подняться непосильной задачей представляется…
Отползать и спасать свою шкуру?
О да! Я бы так и поступил, если б только смог. Но сверхспособности вышли из-под контроля, и энергия принялась бурлить и разъедать изнутри, будто впрыснутая в тело кислота. С каждым вдохом всё сильнее вспыхивали в груди уголья боли, с каждым выдохом, с каждым ударом сердца всё ближе подступало беспамятство. Вслед за ним кралась смерть.
Или же – бессмертие? Откуда эти отблески на земле? Уж не светятся ли мои глаза?
Терминальная стадия поражения сверхэнергией, да?
Мысли путались, попытка отгородиться от внешнего фона провалилась, и тогда в памяти всплыли результаты обследования на предмет сопротивляемости энергетическому воздействию. За счёт чего она там повышалась? За счёт внутренней наполненности сверхсилой? Так не выбить ли клин клином?
Я запрокинул голову и мотнул ею, заставив закружить над собой серп убывающей луны. Ну же! Давай! Стробоскоп!
