– Ну вы даете, – протянула Юля
– Юля, мы же с тобой на Ты, – удивилась Саша.
– Вы… ты… так с ним разговаривала! – Юля показала большой палец.
– Это она от уважения на Вы перешла, – съехидничал Антон. – А вообще ты молодец.
– Андрей Владимирович, правда же она молодец? – обратилась Юля к директору.
– Молодец, молодец, – поддержал ребят Андрей Владимирович. – И самое главное, вы обратили внимание, сколько она уже клиентов набрала? Что у нее даже сегодня времени не было его станцию злосчастную посмотреть.
– Клиент должен понимать, что его ценят, но он не один, – возразила Александра.
– А я ничего и не говорю, – отшутился Андрей Владимирович. – Я лишь хотел бы посмотреть на тех клиентов, из-за которых ты отказала бедному молодому человеку.
– Ну, во-первых, он совсем не бедный, – парировала Саша. – А во-вторых, придет время – увидите.
– Не сомневаюсь, – Андрей Владимирович улыбнулся. – А пока предлагаю обмыть нашего первого клиента отдела наружной рекламы. Вы как не возражаете? Тогда с меня шампанское и торт. Но, только перед концом работы.
– А испытание я выдержала?
Андрей Владимирович недоуменно посмотрел на Сашу.
– Папки я правильно разобрала? На работу вы меня берете в качестве начальника отдела?
– Да о чем ты говоришь! Все просто замечательно. Да если бы даже и не разобрала, то после сегодняшнего разговора с клиентом я бы все равно тебя взял.
– Тогда с меня тоже бутылка шампанского, – улыбнулась Саша. – За прописку.
Глава IV. Мы растем
Снег падал всю ночь. Тихо и долго. Он неслышно накрыл Землю белым саваном, за которым скрылись скверы и улицы большого города. И лишь ближайшие дома, вместе со стоящими перед ними деревьями, освещаемые мутным фонарным светом, оставались еще видимыми сквозь полупрозрачную снежную кисею. Звуки стали тише и глуше, будто город заговорил шепотом, боясь спугнуть пришедшую сказку, а снег продолжал колдовать, превращая припаркованные во дворе машины в огромные снежные сугробы, расстилая на грязно-серых асфальтовых дорожках пушистые белые ковры, закутывая черные продрогшие деревья в теплое снежное одеяло. И когда наступило утро, и город с трудом разлепил свои заспанные глаза, он не узнал себя. Все цвета, кроме белого исчезли; знакомые предметы изменили свои очертания, сменив жесткую угловатость форм на плавную мягкость изгибов. И теперь стоящие в скверах деревянные лавочки, превратились в роскошные диваны, а бюсты бородатых вождей перед входом в университет напоминали Углову завернутые в вату новогодние елочные фигурки Дедов Морозов.
Андрей Владимирович, не уставая любоваться свершившимися за ночь переменами, и с удовольствием, нарочито-громко, скрипя свежевыпавшим снегом, шел на работу в приподнятом настроении. И для этого были причины. Во-первых, был последний по-настоящему рабочий день декабря, а это значит, что в их конторе сегодня состоится корпоративное мероприятие в честь наступающего нового года, а если говорить проще – маленький междусобойчик, но со всеми обязательными атрибутами: официальной частью, на которой он должен подвести итоги прошедшего года, банкетом, и, возможно, даже танцами. Во-вторых, итоги года действительно впечатляли, что не могло не радовать. За то небольшое время, которое он работал в компании, выручка удвоилась, штат, правда незначительно, но, вырос, а имя их небольшого рекламного агентства стало довольно известно в самых широких деловых кругах города. В-третьих, кипельно-белый, только что выпавший снег, наконец, создал у него предновогоднее ощущение наступающего праздника, которого он так долго ждал.
Взойдя на небольшое крылечко теперь уже ставшего близким рекламного агентства, Андрей Владимирович сбил с ног снег, постучав поочередно носком одного ботинка по пятке другого, и, потянув на себя дверь, вошел внутрь. На него сразу пахнуло теплом обжитого помещения, смешанным с влажным, смолистым запахом, установленной вчера вечером, и оттаявшей за ночь сосны и сочным дразнящим ароматом мандариновой корки.
– Здравствуйте, Андрей Владимирович, – поздоровались хором Антон и Юля, как только он вошел в фойе. В переднем углу, стоя на стуле, Антон наряжал высокую до потолка елку. Сейчас он опутывал ее длинной гирляндой фонариков, а Юля, делая вид, что помогает, придерживала коленкой и без того устойчивый стул, успевая при этом одновременно чистить большой мандарин и давать Антону ценные указания, как лучше пустить гирлянду.
– Здравствуйте. Наряжаете? Молодцы! – и Андрей Владимирович, протиснувшись мимо ребят, заглянул в кабинет главного бухгалтера.
Стол Натальи Алексеевны был сплошь завален конфетами, шоколадками, печеньями и кульками с новогодними подарками, а на его краю восседало в ряд пять плюшевых мишек. В ответ на вопросительный взгляд директора главбух, поздоровавшись, пояснила, – Вот, подарки для детей сотрудников комплектую.
– А не многовато? – поинтересовался Углов, мысленно прикидывая, сколько же у его сотрудников может быть детей.
– Два мне, один – Вам, один – Николаю Сергеевичу, а еще один Галине Петровне.
