Тимофей Фёдоров. Тимоха
После коронации Тимоха загрустил. Вот ведь хрень какая, о статусе положенца и сане «вора в законе», Тимоха мечтал с детства. Потом, когда повзрослел, после пары ходок на зону, мечты как-то стёрлись и потускнели. Хлебнувший лиха вор, начал понимать, что подобные высоты ему не светят. Так и жил потихоньку, то тянул срок в местах не столь отдалённых, то будучи на воле, воровал помаленьку.
Но вот ведь какая штука жизнь. Неожиданный поворот и знакомство с Китайцев выкинуло его на самый верх пирамиды воровского сообщества. Вроде всё теперь было: деньги, власть, дом и особняк, уважение, а вот радости как-то не было. На зоне Тимофей много читал и теперь ему частенько вспоминалась фраза из потрёпанной книжки, автора которой он уже и не помнил: «Вот уже и радио изобрели, а счастья всё нет» ©.
Может, потому, что семьи у него не было. Раньше она ему была как-то ни к чему, воровская доля она такая. Бродяга, перекати-поле. Кому такой сдался. Так-то семья вроде была, сестра Антонина и племянник. А вот женой и детишками не обзавёлся. А теперь вроде как поздно. Или не поздно? По воровским законам вор не должен иметь семью, но мало кто теперь на это обращал внимание. Сплошь и рядом законники женились на молоденьких моделях и имели наследников. Наследников. Звучит как-то непривычно для пожилого вора.
Тимоха от умных людей и раньше слышал, что когда достиг всего, к чему стремился, то весь белый свет становится не мил. Но всегда считал, что это богатеи с жиру бесятся. А теперь сам начал впадать в эту, как её, сука, меланхолию, что ли? Чудны дела твои господи.
Надо было что-то делать. Бухать Тимофей Пахомыч в своей жизни уже пробовал неоднократно, и возвращаться к запойной эпопее не стремился. Наркоту он не уважал и, хотя в молодости покуривал травку, но давненько уже этим не грешил. Политика его не интересовала, да и с воровской короной, заниматься такими делами, было как-то несподручно.
Но недаром говорят, что с кем поведёшься, с тем и надерёшься. Вот и Тимофей Пахомыч незаметно для себя, с лёгкой руки Китайца и покерного короля господина Извольского, пристрастился к Игре. Благо Казино принадлежало Китайцу и группировке Кулаков, и Тимофей Пахомыч был там желанным гостем. Так что теперь частенько проводил он вечера за карточным столом, но не в каком-нибудь подпольном шалмане, а в культурной обстановке. Азарт, коньячок и иногда симпатичные девушки, скрашивали его временами до невыносимости серые дни.
Игра увлекала Тимофея. Но классический техасский Холдем казался ему чересчур заумным. Слишком много математики для того, чтобы показывать хорошую игру и выигрывать. А проигрывать Тимофей не любил.
Гораздо больше по душе ему пришёлся более азартный и динамичный вариант, который ещё называют Русским покером. Пот лимит Омаха напоминала американские горки, страсти кипели и нервы звенели от азарта. В отличие от Холдема здесь на руки игроку сдавали четыре карты, но в конечной комбинации можно было использовать только две из четырёх, а остальные три с борда. Это во многом была игра интуиции, так как чаще выигрывали не готовые комбинации с флопа, а дро, которые к риверу могли превратиться в монстра.
Чаще всего выигрыш приносит стрит, но эта комбинация скорее для небольших выигрышей. Игроку, привыкшему к техасскому Холдему, в Омахе следует быть осторожным. Частенько, когда банк вырастает до средних размеров, стрит оказывается побит флешем, а тот, в свою очередь, Фулл хаусом. А польстившийся на крупный банк с Фулл хаусом игрок, оказывается размазанным каре или стрит флешем, так редкими в техасском Холеме. Азарт, кровь живее бежит по жилам.
Эти вечера в Казино скрашивали его жизнь и немного развеивали скуку. Хотя по большому счёту скучать Тимохе было некогда. Должность смотрящего, если он, конечно, правильный вор, а не мудак, только изображающий вора, тяжёлая ноша. Хлопот много. Даже в мире законопослушных людей, поддерживать порядок, нелёгкий труд. Что уж тогда говорить о стае хищников, каждую минуту готовых вцепиться друг другу в глотку. Да и не только друг другу, многие из них не прочь проверить шкуру вожака на прочность.
Но пока Тимофей справлялся. Незримая поддержка Китайца и группировки Кулаков, стоящих за его спиной, быстро приводила в чувство непокорных. Правил Тимоха в городе твёрдой рукой, жёстко, но справедливо. Чему способствовал немалый опыт и авторитет правильного бродяги.
Кроме того, местным уркам и бандитам импонировало, что Тимоха не прогибался перед Ростовскими ворами. Долю в общак исправно засылал, но хозяйничать в городе и его окрестностях пришлым не позволял.
В целом с Ростовскими ворами отношения были ровные. С Фаст Фудом и Толстым с разрешения Тимохи у местных были даже кое-какие совместные дела. А вот с хитрым евреем Султаном, отношения не задались с самого начала, ещё с первой встречи. А после покушения в его особняке после коронации, было почти открытое противостояние. От напавшего тогда странного типа, Султан отмазался, дескать, он не при делах. Посторонний проник на территорию, охрана не уследила. Типа я не я и лошадь не моя. Хотя всем было ясно, откуда ноги растут. Но Китаец почему-то не стал предъявлять и дело замяли. Ну да ему виднее.
С той поры прошло несколько месяцев, Китаец в город наезжал урывками, хотя всё время был на связи и звонить ему Тимоха мог в любое время дня и ночи.
Тимофей замечал, что последнее время Китаец не то чтобы нервничает, но всё время настороже. И Тимохе расслабляться не давал, заставил резко усилить охрану. Кроме своих блатных, охраняли Тимофея Пахомыча бойцы из ЧОП «Рубеж». Причём не просто обычные охранники, а явные бывшие спецназовцы, профи.
И среди них двое вечно серьёзных бойцов Паша и Алексей, которые чем-то выделялись даже среди остальных матёрых охранников. Как пояснил Китаец, люди со способностями. На случай если появится кто-то типа того молодчика, который напал на них в особняке Султана. Тимоха до сих пор с содроганием вспоминал о внезапно словно ниоткуда возникшем в коридоре головорезе. И был твёрдо уверен, что рога на голове несостоявшегося убийцы ему не померещились. Так что непростые это были ребята Паша с Алексеем. Ох, не простые.
Странности на этом не закончились. Однажды Китаец привёз в особняк Тимофея собаку и пожилого китайца, инструктора. Объяснив, что обстановка накаляется и есть риск, что в скором времени могут последовать покушения с участием таких бойцов, которого он завалил в поместье Султана. А собака специально обучена чуять таких, как тот урод и сражаться с ними.
Очень странная была эта собачка. Вроде как тибетский мастиф. Тимофей знал, что собаки этой породы огромные и лохматые, являются грозой волков. Но эта собака была очень уж здоровая и ростом в холке ему по плечо. Не собака, а телёнок. На недоумённый вопрос Тимофея, Китаец вроде как в шутку пояснил, что хотел привезти тигра, но в Таганьем Роге, тот будет слишком бросаться в глаза. И вот ведь в чём штука, Тимфей Пахомыч не был уверен, что Китаец шутил, когда говорил про тигра.
Звали пса — Фауст. И когда Тимофей поинтересовался, почему такая странная кличка, Китаец пояснил, что тот продал душу дьяволу. На что пёс скорчил сердитую морду, видимо, эти шуточки ему уже изрядно надоели. К удивлению Тимофея, пёс понимал человеческую речь. Очень уж умная была собачка.
Китаец пояснил, что собака генно-модифицированная, специально выведенная порода. Разум взрослой собаки примерно соответствует интеллекту десятилетнего ребёнка, так что общаться с ней надо как с человеком.
Тимофей мало что понял, но вокруг Китайца творилось столько всяких странностей, что одной больше, одной меньше, роли не играло. Так что Тимофей воспринял появление собаки как суровую необходимость. Пёс теперь сопровождал его на прогулках и вообще везде, где только это было возможно.
Насчёт возможного покушения Китаец высказывался как-то смутно. По его словам, дело было не только в напряжённых отношениях между Тимофеем и Султаном. Китаец считал, что Ростовский вор связан с неким тайным сообществом, с которым у Китайца и его таинственных друзей в самом разгаре жестокая война. А так как Тимоха тесно связан с Китайцем и его делами, то может прилететь и ему. Причём главная опасность в том, что люди Султана будут, скорее всего, на подхвате, а киллер будет наверняка из числа бойцов подобных той твари, что напала на них в особняке Султана. Потому и появились в охране Тимофея Паша с Алексеем и собака по кличке Фауст.
Поначалу Тимофей сильно нервничал от всей этой чертовщины, но время шло, а ничего не происходило. И он не то чтобы успокоился, но как-то привык к тревожному ожиданию. Да у него и раньше жизнь была не сахар и всё время приходилось быть начеку, воровская жизнь она такая, стрёмная.
Дни текли за днями. В воздухе уже пахло весной. И хотя профессиональная охрана не теряла бдительности, произошло всё, как всегда, неожиданно.
Возраст и последствия тюремных отсидок сказывались на здоровье Тимофея не самым лучшим образом. А посему старался он по мере возможности теперь вести здоровый образ жизни. Массаж, который иногда заканчивался сексом с симпатичной умелой массажисткой, плавание в бассейне и, конечно, длительные пешие прогулки.
Благо, что разгуляться было где. Обосновался теперь Тимофей в коттеджном посёлке, где ранее купил дом для сестры с племянником и где большинство участков принадлежало людям из группировки Кулаков и другим личностям, так или иначе, связанным с Китайцем.
Себе Тимофей по настоянию Китайца приобрёл два больших участка расположенных рядом и объединил их в один. На участке стоял большой по местным меркам особняк и множество других построек, включая домик охраны у ворот и пару гостевых домишек.
День был довольно приветливым. Лёгкая облачность присутствовала, но солнце ранней весны часто проглядывало сквозь редкие и неплотные облака. Ветра почти не было и на улице было относительно тепло и комфортно.
Тимофей Пахомыч последнее время полюбил долгие прогулки по берегу залива, тем паче что посёлок стоял почти на самом берегу. Выйдя за территорию посёлка, он направился к заливу по привычному маршруту. Ясен перец, не один, а в сопровождении охраны. Которой эти прогулки явно не нравились.
А вот Фауст такие вылазки воспринимал со сдержанным оптимизмом и в такие минуты становился похожим на обыкновенную весёлую собаку, а не на оживший кошмар, перед которым собака Баскервилей, выглядела бы как безобидный щенок.
Двое охранников шли впереди на расстоянии десятка шагов, внимательно контролируя местность. Паша с Алексеем шли по бокам и немного сзади от Тимохи. Фауст нарезал круги вокруг, иногда пропадая из виду. При всех своих впечатляющих размерах, собака при желании могла быть незаметной и бесшумной.
До берега залива оставалось полсотни метров, вокруг было пустынно и людей, кроме самого Тимофея с охраной, поблизости не наблюдалось. Всё дальнейшее случилось быстро и неожиданно. Как и прошлый раз в особняке Султана, киллер возник, казалось ниоткуда, буквально соткавшись из воздуха. Неприметный мужик среднего роста, в куртке, камуфляжных штанах и вязаной шапочке.
В ту же секунду Тимофей полетел на землю, отброшенный сильным толчком телохранителя. И пока он падал, произошла куча событий.
Мужик вёл огонь с двух рук и сразу же влепил по две пули в правое плечо и грудь, шедшим впереди охранникам. Те начали оседать, даже не успев достать своё собственное оружие.
Одновременно открыли огонь Паша и Алексей. Паша, потерявший доли секунды отталкивая Тимофея с линии огня, тут же поплатился за эту заминку, получив по пуле в правое плечо и грудь. Пистолет выпал из повреждённой руки и Паша, несмотря на отчаянные попытки удержаться на ногах, начал опускаться на колени. Но всё же до того, как пули киллера впились в его плоть, он успел сделать один выстрел, попав нападавшему в грудь, но того это нисколько не впечатлило.
Алексей действовал более удачно. Он не терял драгоценные мгновения на то, чтобы увести охраняемую персону с линии огня, и начал стрелять одновременно с нападавшим. Кроме того, Алесей оказался левшой и, получив пули в правое плечо и грудь, пистолет не выронил. Но прицел у него сбился, и только одна его пуля поразила киллера в районе плеча, впрочем, это не сказалось на его способности вести огонь, хотя и немного притормозило.
Киллер чуть менее быстро, чем раньше, до ранения, перевёл стволы на лежащего на подтаявшем снежном насте Тимофея. Тут бы ему и настал конец, в том, что киллер не промахнётся, Тимоха не сомневался.
Но тут на мужика, серым, размытым от скорости движения вихрем, налетел Фауст. Тимофей уже понимал, что нападавший хрен из тех самых генно-модифицированных чудиков, о которых предупреждал Китаец и обладает способностями, которые большинству людей и не снились.
Но Фауст весил более полутора сотен килограммов, и весь этот вес был умножен на инерцию летящего со скоростью снаряда пса. Такого даже самозванный Супермен не выдержал и его смело, словно на него налетел разогнавшийся грузовик.
Следом послышался чавкающий влажный звук и хруст шейных позвонков, когда огромные челюсти с похожими на кинжалы клыками, сомкнулись на шее киллера. Сила укуса ягуара такова, что он может перекусить шею крокодила или прокусить толстенную кожу бегемота. Тимофей не сомневался, что мощью челюстей Фауст ничем не уступает ягуару.
Тимофей, кряхтя, поднялся и осмотрелся. Сам живой и вроде даже, кроме синяков и ушибов, не пострадал.
Шедшие впереди охранники, признаков жизни не подавали. Пули в грудь остановили бронежилеты, в отличие от правого плеча. Но причиной гибели охранников стали дырки в голове, убийца стрелял быстро и без промаха и успел влепить в головы уже падающих охранников ещё по пуле.
Паша и Алексей оказались более шустрыми и удачливыми. От выстрелов в грудь их также прикрыли бронежилеты, а раны в области плеча, которые вырубили бы большинство людей, их беспокоили, но они держались. Судя по всему, приставленные к Тимофею Китайцем личные телохранители, были из той же специфической породы людей, что и киллер.
Сам киллер лежал неподвижно. Выпавшие из рук стволы, валялись неподалёку, руки раскинуты в стороны. Вязаная шапочка осталась на голове, но Тимофей был уверен, что если её снять, то под ней обнаружатся такие же ороговевшие отростки, как у того хрена, который напал на них с Китайцем.
Рядом с телом сидел Фауст, время от времени скаля клыки и издавая тихое горловое рычание. Тёмная шерсть вокруг морды собаки местами слиплась от почти чёрной на её фоне крови. Шея мужчины была почти полностью перекушена, шейные позвонки раздроблены. Может тварь и была чрезвычайно живуча, но таких повреждений пережить не смогла. Фауст знал своё дело.
Павел уже позвонил дежурной смене охраны, и вскоре к месту происшествия набежали люди Тимохи. Ментов вовлекать было нежелательно, поэтому тела торопились убрать. Алексей же названивал Китайцу и после того, как коротко обсудил с ним ситуацию, передал трубку Тимохе. Китаец был краток, велел пару дней посидеть в особняке и никуда из посёлка не выезжать. Обещал через день подъехать лично, чтобы обсудить ситуацию.
Тимофей постоял, глядя на чёткие действия охраны, а затем подойдя к Фаусту, очень серьёзным тоном поблагодарил того, на что необычный пёс с достоинством кивнул. Похоже, что Китаец не шутил и пёс действительно понимал человеческую речь и был дьявольски умён.
Китаец, как и обещался, прикатил из Москвы через день. Сначала переговорил с Пашей и Алексеем, после них с китайцем инструктором и его собакой, после чего они с Тимофеем уединились в одной из комнат особняка. Причём Китаец даже Крюка, прибывшего вместе с ним, на встречу не пригласил.
Китаец был уверен, что покушение организовал Султан. Вор, по его словам, связался не с теми людьми. Или не людьми? Хер поймёшь, короче. Но в целом Тимофей был согласен с Китайцем, что так или иначе, в покушении замешан Султан. Вывод Китайца был однозначным, Султана надо валить. Так-то оно так, да не всё так просто. Технически дать ответку было не так уж и сложно, имелось множество возможностей. Только вот Султан был «вором в законе», а валить законника по беспределу, было чревато неприятными последствиями.
Чтобы всё было по понятиям, надо созывать сходку. Только вот предъявить Султану по факту было нечего. Он опять, как и в случае покушения в его особняке на коронации, отмажется. Вот и фуйли теперь делать?
Однако Китаец был непреклонен, Султан начинал реально мешать. Поэтому решили, что Тимоха кипеш поднимать не будет, а Китаец организует устранение Султана, так чтобы они остались в стороне. Подозрения, что это их рук дело, ясен перец будут, но подозрения они и есть подозрения. Да и, похоже, не очень Китаец и опасался реакции Ростовских воров, у тех и своих проблем хватало, а Султана многие недолюбливали.
Зная Китайца, Тимоха понимал, что Султан уже скорее мёртв, чем жив. Недолго ему оставалось коптить небо.
Если обратиться к истории, то становилось ясно, что Давид хотя и не отличался богатырской статью, но был парень предприимчивый и сообразительный. В отличие от громилы Голиафа, который умом не блистал и всегда делал ставку на грубую силу.
Как водится, пацаны что-то не поделили и назначили стрелку. В результатах которой никто из окружающих не сомневался, и местная братва уже списала Давида со счетов. Но духовитый пацан в очередной раз показал всем, что главное — не кулаки, а сила духа.
Однако Давид не стал полагаться на одну духовитость и решил воспользоваться доступными для той эпохи средствами научно-технического прогресса. И захватил с собой на стрелку некое приспособление под названием праща.
Ничего особо хитрого, но просто как всё гениальное. По сути, кожаный ремень с петлёй для руки и расширением в центральной части, куда вкладывался снаряд. Первоначально использовались округлые камни, размером с крупное куриное яйцо. Опытный пращник мог зафигачить такой булыжник метров на двести, а прицельная дальность была около ста метров. Кожаный доспех такой снаряд не пробивал, но частенько попадание такого снаряда приводила к тяжёлым повреждениям внутренних органов. А уж если доспеха нет или в башку попадёт, то мама не горюй.
Но хрен с ней, с историей. Пора вернуться делам более насущным. Суть в том, что о существовании подобной хрени в современном мире все давно забыли. А зря.
Султан, а в миру представитель славной еврейской национальности Йосеф Яковлевич, был хоть и сволочь, но тоже ведь человек. И ничто человеческое было ему не чуждо. А потому Йося, тоже любил неторопливые прогулки на природе. Чаще всего он прогуливался на берегу живописной реки Дон, так как один из его особняков был расположен как раз аккурат вблизи этой водной артерии.
Султан и раньше был осторожен, а теперь, после неудавшихся покушений на Китайца и Тимоху, ещё больше усилил меры предосторожности. Гулять он выходил в сопровождении многочисленной охраны. Перед тем как ему выйти на прогулку, с десяток охранников прочёсывали место прогулки на берегу реки и выставляли посты охраны, чтобы не пропускать посторонних. Ещё четверо охранников сопровождали Султана, рассредоточившись вокруг него на расстоянии пары десятков метров.
Неспокойно было у Султана на душе. Если Тимоху он не очень опасался, так как тот был приверженцем воровских традиций и мочить «вора в законе» без решения сходки, тот вряд ли решится, то от Китайца можно было ожидать чего угодно. Слухи о том ходили самые разные и весьма пугающие. Султан был уже не рад что его таинственные друзья и покровители, вовлекли его в этот блудняк. Китаец, это было серьёзно. У Султана было ощущение, что его сверхъестественные союзники сами малость побаиваются этого человека.
Для подстраховки от снайперов, на противоположной стороне реки на время прогулке, тоже находились пара передвижных постов охраны. Перед прогулкой две пары охранников проходили по берегу и осматривали его на предмет закладок или лёжки снайпера. Затем перекрывали проходы от расположенной неподалёку грунтовой дороги, по которой летом приезжали рыбаки и любители отдохнуть на реке. Так чисто для проформы. В это время года сюда мало кто заезжал. Случайных любителей природы не задерживали, просто смотрели, чтобы у них не было с собой предметов, напоминающих снайперскую винтовку. Винтовка не иголка, вещь громоздкая, особо не спрячешь. Так что охранники особо не напрягались и несли вахту чисто формально.
Поэтому приехавший на старенькой Ниве мужик с собакой, не привлёк к себе особого внимания. Мужик прогуливался по берегу, держа в руках сложенный кожаный поводок, а овчарка деловито рыскала вокруг, наслаждаясь волей и загородной природой. Время от времени мужика и собаку заслоняли растущие вдоль реки кусты и голые по весенней поре деревья. Но охранники больше следили за дорогой, по которой время от времени проезжали машины, так как даже в это время года находились любители выехать на шашлычки.
Так, они и прогуливались, Султан на одном берегу реки, а мужик с собакой на другом.
Река уже вскрылась и по воде плыло ледяное крошево. Ширина реки в этом месте составляла метров четыреста, и чтобы разглядеть человека на противоположном берегу реки, надо было поднапрячься. Так что Султан мужика почти не видел, да и не обращал он внимания, что там творится на другом берегу.
Наслаждался природой и, как всегда, в его голове копошились разные грязные мыслишки. Сначала, как кому из врагов и терпил разные гадости сделать. Потом, как он сейчас вернётся в особняк, бахнет водочки, плотно перекусит, завершив трапезу чашечкой кофе и рюмкой коньяка. Подождёт малость, пока жратва уляжется в его утробе. Затем вызовет одну из всегда готовых к его услугам грудастых девиц, поставит её в коленно-локтевую позицию и вдует ей по самые помидоры.
Мужик на другом берегу реки ни о чём таком не думал, он просто действовал. Человек Китайца был одним из боевиков Братства из числа «детей Лилит», причём уже прошедшим некоторые усовершенствования в клинике доктора Залесского.
В отличие от Доминаторов, эскулапы Братства действовали очень осторожно, искали варианты модификаций генной структуры, не приводящие к таким нежелательным побочным эффектам как у Доминаторов. Поэтому и результаты пока были гораздо скромнее, но всё равно впечатляли.
Посему мужчина прекрасно видел цель на другом берегу реки. Как только он в очередной раз оказался прикрыт от охранников возле дороги кустами, он, руководствуясь одному ему ведомыми приметами, отыскал несколько лежащих на земле неподалёку друг от друга округлых камней размером с крупное куриное яйцо.
Подняв один из камней, мужчина расправил кожаный поводок, который нёс в руке, и тот превратился в кожаную пращу. Уверенными движениями мужчина заправил каменный снаряд в пращу и начал её вращать, сосредоточившись на цели на другом берегу реки.
Благодаря модифицированному организму, мужчина значительно превосходил своими возможностями обычного средневекового пращника. Для него поразить цель на расстоянии более четырёхсот метров не представляло особой проблемы.
Кожаный пропеллер, вращавшейся со страшной скоростью пращи, раскрылся с негромким хлопком и смертоносный снаряд в мгновение ока пересёк широкую ленту реки и угодил точно в голову жертвы. Удар был нанесён с достаточной силой, чтобы проломить височную кость и каменный снаряд частично вмялся в плоть.
Мужчина свистнул собаку, на ходу свернул пращу в выглядевший на первый взгляд как поводок кожаный свёрток, и не спеша направился к своему автомобилю. Затем водитель занял своё место, овчарка привычно проскользнула в салон, двери захлопнулись, и машина укатила.
На противоположном берегу реки, находившиеся ближе всего к Султану охранники, заметили, как что-то мелькнуло в воздухе, затем послышался хлюпающий удар, и их босс завалился на землю.
Подбежав к хозяину, охранники оторопели. Султан лежал, не подавая признаков жизни. Из пробитой головы на снежный наст уже натекла тёмная, густая кровь. Телохранители видели, что охраняемой персоне проломили голову камнем, но такого просто не могло быть.
Повредить голову при падении подобным образом Султан никак не мог. Если его ударили камнем, то кто? Поблизости никого не было. В человека-невидимку не поверили бы даже такие дебилы, как охранники и уж точно им не поверят менты или дружки Султана. Заподозрить, что булыжник прилетел с другого, такого далёкого берега реки, никому даже в голову не пришло.
Возле тела скапливалось всё больше народа, но что делать никто не знал. Ментов вызывать было как-то не по понятиям. Наконец, кто-то догадался позвонить адвокату покойного, и все облегчённо вздохнули, спихнув с себя ответственность. Хотя все понимали, что разборки ещё впереди и полетит не одна голова.
Ситуация была серьёзной. Не каждый день убивают «вора в законе». Кто-то должен был за это ответить. Вот только кто? Решать предстояло Ростовским ворам. Фаст Фуд и Толстый, оказались перед непростым выбором. Оба понимали, что тут не обошлось без Китайца и Тимохи. Вот только доказательств не было никаких, а предъявлять таким серьёзным людям, располагая одними догадками, было чревато.
Да и по большому счёту, Султан и сам был небезгрешен. Было понятно, что предыдущие покушения на Китайца и Тимоху, если и не чисто его рук дело, то замазан он был в этой истории по уши. Так что, те имели право дать ответку. Хотя самого законника всё равно мочить было нельзя.
Короче, хер его знает, что делать в такой ситуации. И Фаст Фуд с Толстым поразмышляв, решили, что лучше ничего не делать. Да и по большому счёту все недолюбливали Султана, гнилой был человек. Обстоятельства убийства были настолько странными и необъяснимыми, что проще было списать всё произошедшее на несчастный случай.
Постепенно, всё заглохло как-то само собой. Был Султан, и нет Султана. Да и хер бы с ним.
