Зажевывая рыбкой пивной выхлоп прямо на ходу, отнес поднос в свою комнату — как ни странно, из-за двери девушек не доносилось ни звука. Она же его не пришила? Недоуменно потоптавшись у столь же молчаливой двери бати и секретаря, спустился вниз и заварил две кружки кофе — одна для Кейташи. Верю, что их пару ждет успех, и вскоре друг выйдет из-за двери окрыленным.
В комнате, продолжая жевать, приложил к стене прихваченный на кухне стеклянный стакан. Помогло слабо — различить удавалось только обрывки фраз.
— …ты! — Кейташи.
— …ала! — Кохэку.
— …гла бы!.. — Кейташи. Нафиг, так неинтересно. Убрав шпионский предмет в шкаф, начал старательно впихивать в себя еду, запивая кофе. Так-то и вправду проголодался. Окно издало легкий «дзынь». Сделав правильный вывод, подошел, открыл и высунулся, увидев глядящую на меня снизу вверх Хэруки. Такая милашка!
— Заходи в гости! — Позвал я ее, — Я тебя кофе угощу! — Хихикнул я.
— Сейчас! — Улыбнулась она и потопала ко входу в дом.
Твою мать, что я только что сделал?!
Ну и зачем? Вот сейчас она придет и выпустит мне кишки. Стоп, такие опасения уже были! Фигня, бояться нечего. Че такого-то? Выпил и выпил. Заслужил. Да знаете, сколько я зубрил в поте лица, чтобы так хорошо сдать тесты?!
Хрюкнув, пошел открывать дверь, поприветствовал Хэруки, и тут же выпалил:
— Ты же поймешь и простишь?
Она нахмурилась, прошла в комнату, села на подушечку. Взяв кружку с кофе, мучительно медленно отхлебнула.
— Смотря что! — Наконец, ответила она.
Так и подмывало спросить, чего она понять и простить не сможет, но…
— Выпили с Кейташи немного пива, — Сознался я, усаживаясь на подушечку напротив.
Хэруки принюхалась, поморщилась и отсела подальше. Обидно!
— Что ж, иногда людям такое нужно, — Вздохнула она.
— А ты точно настоящая? — Не поверил я в такое понимание.
— Самая настоящая! — Улыбнулась Хэруки.
— Я должен убедиться! — Пополз я к ней.
— Не подходи ко мне сегодня! От тебя воняет! — Отползла она подальше.
— Справедливо, — Уныло вздохнул я, вернувшись на свое место, — Тяжело вот так смотреть на тебя издалека.
— Это тебе вместо мук совести! — Хихикнула она, потом проявила дедуктивные способности: — А Кейташи сейчас у Кохэку, так?
— Ага, выясняют отношения, — Хохотнул пьяненький я.
Хэруки подползла к стене, приложилась ухом.
— На удивление тихо, — Поделилась она впечатлениями.
— А где, кстати, Чико? — Спросил я.
— В гостях у Вады, вместе с отцом и Сэки-саном, который не захотел остаться выздоравливать дома, — Пояснила Хэруки.
— Надеюсь, они останутся там подольше, — Облегченно выдохнул я.
— Надеюсь, у Кейташи и Кохэку все будет хорошо, — Вздохнула Хэруки.
— Я тоже! — Поддержал ее я.
— Иногда мне становится совестно — такое чувство, будто они вместе только из-за нас, — Поделилась лучшая девочка.
— Ерунда, — Махнул я рукой, — Каждый человек решает за себя сам. Впрочем, скоро все решится раз и навсегда. Не накрылся бы наш поход, — Вздохнул я.
— Может, стоило подумать об этом ДО того, как спаивать бедного Кейташи?
— А почему это я его споил? Может, это он споил меня?! — Попытался я отмазаться.
— А разве я не права? — Фыркнула Хэруки.
— Абсолютно права, — Вздохнул я, — Тяжелое завтра будет утро. Вставать аж в пять утра!
— Паром? — Сразу поняла девушка.
— Ага, паром, — Кивнул я. Билеты в порядке — в рюкзаке, в подаренном девушкой кошелечке. Не столько я выпил, чтобы утопить такую важную штуку. Местное пивко вообще легло на удивление легко и приятно. Похоже, завтра без похмелья.
— Раз уж бати нет, можно не прятаться. Может, сделаем фруктовый бисквит? — Потянуло меня на сладенькое.
— Пойдем, — Не стала отказываться девушка.
Покинув комнату, отнесли на кухню грязную посуду. Замешав тесто и нарезав фрукты, отправили бисквит в духовку. В этот момент в дом вошли бати и опирающийся на тросточку Сэки-сан. Видимо, сосед дал попользоваться.
— Чего это вы тут готовите? — Спросил батя, снимая тапки.
— Бисквит, — Ответил я, старательно имитируя бодрость и кристальную трезвость.
Сэки-сан похромал в ванную. В этот момент дверь комнаты девушек шумно распахнулась, и по лестнице с конским топотом сбежал выпучивший глаза Кейташи, затыкая руками рот. Видимо, держался он из последних сил, потому что врезавшись в Сэки-сана, он повалил его на землю и мощно блеванул на гавайку секретаря. Я истерично заржал, схватившись за живот. Это с литра вот такой эффект? Или это из-за Кохэку?
— Саито-кун, что с тобой? — Всполошился батя, подбегая к валяющимся телам.
— Я в порядке, Одзава-сан! — Вяло отозвался друг, поднялся сам, — Простите за это, Сэки-сан, — Подал он руку секретарю, — Наверное, съел что-то не то! — С покаянной рожей соврал Кейташи.
На лестнице показалось новое действующее лицо — зажавшая рот, трясущаяся от беззвучного смеха Кохэку. Оценив обстановку, она от греха подальше свалила обратно в комнату.
— Ничего страшного, я все равно собирался в ванную, — С брезгливой гримасой глядя на заблеванную рубаху, ответил секретарь, принимая помощь, вставая на ноги и скрываясь в ванной.
