– Тут такой моментик учитывай, – сказал Сергеич. – На работы здесь не один день набирали, так? Кто пустые деревни заселять уехал, кто лес валить, в общем, работы-то тяжелые, в сущности, но добровольцев набрали. Первопроходцев, можно сказать. А тут такая благодать вроде, при ГЭС, в тепле и удобстве, и до сих пор вакансии?
– Как-то странно… – сказала Вика.
– Полагаешь, что на самом деле на что-то другое приглашают? – уточнил я.
– Приглашают-то на ГЭС, сам читал, – усмехнулся Сергеич. – А вот куда повезут, это уже вопрос такой, отдельный как бы.
– И что думаешь? – спросил Леха.
– На торф, думаю, – ответил Сергеич. – На роль зэков. Были раньше такие зоны торфяные, хуже них разве что рудники урановые. А морды у «нанимателей» видел?
– Похоже… – подумав, согласился я. – Главный, как я понял, здесь инициативу не зажимает, лишь налог берет. А если торф нужен, то тот, кто добычу наладит, будет всегда при деньгах.
– Что делать думаешь? – перешла к конкретному Татьяна.
– Думаю, что уточнить это надо, – ответил я. – Нас сюда на разведку прислали, в конце концов, значит, информация нужна всякая. Если тут что-то не так, то знать это мы должны по любому. От этого вся политика будет строиться.
– Можно у людей поспрашивать аккуратно, – влезла Ксения. – Должны знать.
– Кто знает, тот не скажет, – покачал головой Леха. – Даже такой красивой, как ты. Если мы насчет торфа правы, разойдись информация, и конец всему набору добровольцев. Силой увозить придется, а здесь, как я понимаю, это все же не принято. Что делать будем?
– Пока приглядывать, – решил я. – Если людей наберут, то их повезут куда-то. Вот и отследить неплохо было бы.
– Как тут отследишь? – даже чуть возмутился Шмель. – Дороги пустые, будем как прыщ на заднице, если следом поедем.
– Надо по карте прикинуть, – решил я. – Да и уточнить можно, откуда торф возят. Наверняка не так много мест, а сейчас как бы даже не вообще одно. Сказать, что ищем купить или еще что, покумекать надо. Думаю, что насчет этого скрывать инфу не станут, разболтают. А дальше… дальше что-нибудь сообразим. С картой надо посидеть, прикинуть, какой торф здесь самый простой к вывозу и доставке. Если его на ТЭЦ возить будут, то наверняка в Тверь.
Ящик, что захватили в офисе удивительно изменившегося Уринсона, вскрыли сразу, как только привезли в дом. Когда срезанная дверь отвалилась со сковородочным грохотом, Валера заглянул внутрь и присвистнул.
– Не зря, не зря… – сказал он и, обернувшись к слесарю, вскрывавшему сейф, добавил: – Чего вылупился? Шагай давай. Зайдешь завтра, рассчитаюсь за труды.
В сейфе было золото и были камни. И того, и другого много. В ценах на камни Валера ориентировался плохо, но все равно понял, что на несколько миллионов долларов по старым ценам здесь набралось. А сейчас цена золота так и еще задралась, насколько он прикидочно мог определить. Бумажные деньги отмерли, а какой-то эквивалент товара все же нужен.
По рации вызвал Самбиста, который был у себя в коттедже и подошел через пять минут. Он был чуток бухой и спал, видимо, потому зевал на ходу.
– Чего хотел? – спросил он у Валеры.
– Гляди, – сказал Зять, показывая на кучу сокровищ, лежащих на столе. – Пополам пилим, только пацанов своих премирую и Витале компенсацию за руку выдам.
– Да, кстати! – оживился Самбист. – Куснули у тебя парня, так? И ты ему руку отрезал?
– Ага, – кивнул Валера. – Зато живой остался. Бригадиром сделаю, пусть командует. Стоящий пацан.
– Да это не вопрос, – согласился Самбист. – Я к тому, что так спасти все же можно, получается?
– Можно. Проверено.
– Тогда у меня к тебе предложение сразу, – сказал Володя.
– Ага, – кивнул Валера, доставая из шкафа бутылку коньяку «Шато Фонпино». – Будешь?
– Лей, – кивнул приятель. – Ты слушать-то собираешься?
– Да слушаю я, слушаю.
Валера плеснул на дно огромных, сужающихся кверху бокалов по лужице напитка, передал один бокал Самбисту, убаюкав второй у себя в ладони, зажав ножку между пальцев. Крутанул несколько раз, заставляя янтарную жидкость омыть тонкие стенки бокала. Запахло виноградом.
– Слушай, класс какой, – сказал Самбист, пригубив. – Это что?
– «Фонпино», каждая бутылка номерная, все с одного виноградника, бывает только «Экс-О», – объяснил Валера. – Лучший коньяк наряду с «Хином».
– А «Хеннесси»?
– «Хеннесси» жулье. Никто толком не знает, откуда они даже виноград берут. У них своих виноградников на сто бутылок, условно, а продают миллион. А этот… – Он постучал ногтем по стеклу. – Этот – напиток богов. Так говори, чего хотел, телишься, блин.
– Ага, к чему я… – кивнул Самбист. – Колено говорил, что у них стволы в два раза дороже, чем в наших краях. Так? А у нас оружейники и так цены держат дурные, только за счет того, что нам лишнего не надо, а покупают у них помалу. Так?
– Ну и дальше что?
