До поселка Васильевский Мох от нашей лежки было метров триста по прямой, но обзор здорово загораживал густой кустарник, выросший по краям каких-то рукотворных прудов – то ли осушали землю, то ли еще зачем рыли. В результате сам поселок почти не просматривался.
– А что ты вообще надеешься увидеть? – спросил Леха. – Торф режут за поселком, отсюда нам не разглядеть.
– Понятия не имею, – ответил я. – Но что-нибудь разглядеть надо. Тут вообще место интересное – рядом зона, через забор конвойный полк и «вованская» учебка, деревни кругом да торфяники… Хочу понять для начала, кто тут вообще масть держит, а то деревни как вымершие были.
– А может, вообще никто? Может, мы местом ошиблись?
– Может, и так, – не стал я отпираться. – Тогда пробудем здесь до утра да и свалим с рассветом.
– А чего так долго? – не понял он.
– А заодно «садка» испытаем в качестве жилого средства.
– Блин, одиннадцать человек! – даже возмутился он. – Провоняем весь кунг, носками задушимся.
– Семеро, – поправил я его. – Четверо будут в парных фишках. А кунгу это даже полезно, вроде как лодку просмолили.
– А… ну да! – хихикнул Леха.
– Ладно, так делаем, – вернулся я к сути. – Вы с Сергеичем остаетесь здесь, прикрываете меня на случай чего. А я к прудам пополз, обзор нужен.
– Не, хреновая идея! – запротестовал Леха. – Дома слева видишь? За ними никакого обзора. Если оттуда тебя охватят, ты так у прудов и останешься. Окружат или огнем отсекут.
– А вот вы и следите, чтобы не отсекли, – решительно заявил я. – Нет выбора, не вижу ничего в поселке. А по-другому не подберешься.
– Тогда Машу вызываем, – решительно заявил Леха. – Жди меня, я за ней. С тобой пойду.
– Ладно, давай, – легко согласился я.
Действительно, в паре двигаться куда как безопасней, чем одному. Хоть и недалеко, а все же…
Вскоре Леха вернулся с Машей, которая устроилась на его лежку, пристроив винтовку на сошки. А вот Леха своего «Тигра» оставил, вернулся с одним «сто пятым», тоже налегке двигать собрался.
Ползком под кустарниками добрались до первого дренажного пруда, благо до него совсем недалеко. Попутно обнаружили, что заглубленный пруд вместе с кустами вокруг него дает неплохое укрытие. Да вот беда – за ним был следующий, точно такой же, так что все равно видно ничего толком не было. Пришлось ползти еще метров сто с лишним, оглядываясь и замирая.
– Может, проще было так прийти в поселок да и спросить что нужно? – поинтересовался Леха, лежа под кустом и стараясь оттереть грязь с рукавов и выковырять ее из-под налокотников.
– Проще, – согласился я. – Но нам нужна не дежурная версия, а правда. Взгляд со стороны нужен. Если тут все так, как нам кажется, то ребята здесь правят совсем нехорошие. Неморальные, так сказать, со склонностью к беспределу. Да и мало ли как наши вопросы им понравятся? А как возьми да и не понравься? Не застрелят ли?
– Ну ладно-ладно, я пошутил, – сказал он. – По-любому, отсюда ни хрена не видно.
– Это точно, насажали ветрозащиты, или что это вообще…
Действительно, все поля вокруг пересекали во многих местах ряды кустов, высаженных длинными узкими полосами. Они делили всю местность на неровные лоскуты, а заодно полностью перекрывали обзор во многих направлениях.
– Что делать будем, Серый? – спросил Леха. – Тут еще хуже, чем на старой позиции.
– Посадкой поползем, к поселку, – решил я. – Заметит кто – и хрен с ним. Может, сразу стрелять и не начнут, сначала на смех подымут, типа вокруг жизнь деревенская, а два дурака по кустам ползают.
– И чего?
– Как чего? Пока ржать будут, сбежим, – ответил я и скомандовал: – Поползли, короче.
Как решили, так и сделали – погребли дальше на локтях, а в одном месте даже перебежали немного по раскисшему и грязному дну дренажной канавы. Воды в земле здесь хватало, торфяники так просто не появляются. Тут даже вода бурая, словно хорошо заваренный чай, – явный признак того, что торф вокруг. Перед околицей обнаружили еще один пруд, здоровенный и изогнутый странно, так и не поняли, зачем такая форма. Справа от него было нечто вроде мини-рощицы, через нее рванули дальше. Так и добрались до крайних заборов поселка, вдоль которых высились настоящие заросли прошлогоднего, высохшего до серого цвета бурьяна, в котором и укрылись, благо после ползания по грязи цветом ему мы уже вполне соответствовали.
Поселок четко делился пополам – слева был частный сектор с потемневшими от дождей избами, кривоватыми заборами и чахлыми огородами, почему-то наводившими на мысль о повальном пьянстве, посередине хребтом возвышались трехэтажные дома из серого кирпича, эту мысль лишь укреплявшие. Откуда такие ассоциации – сам не пойму, но вот есть. А за трехэтажками с двускатными крышами начинался снова частный сектор, словно зеркальное отражение той части населенного пункта, к которой приползли мы.
– Вон дом пустой… – сказал я, указав на покосившуюся избу без половины стекол, стоявшую совсем неподалеку.
– Там укрыться думаешь?
– Ну для начала. Дальше видно будет. Давай вдоль забора.
