— Ты прекрасно понимаешь, рептилия, что твоего ублюдка тут будет ждать только смерть! — вдруг встряла в разговор Ульрика, самодовольно глядя на меня и на Кайсу. — После того, что он сотворил, живым на Аххес он не вернется. Наши младшие об этом позаботятся.
А вот тут уже я не выдержал и весело хмыкнул, а после с вызовом взглянул на всё еще бледную Элейну и перевёл взор на сестру Снежинки.
— Смерть, значит? — повторил сухо я, смакуя её слова. — Что ж, пусть попробуют…
— Прикрой свою пасть и прояви больше уважения! — рявкнула ледяная ведьма, отчего её аура начала выходить из берегов, а протест тотчас напомнил о себе. — Помни с кем говоришь, выродок!
Хорошо! Очень хорошо! Ну всё, тварь! Ты сама нарвалась! Мне хватает под боком и этой змеи!
— Когда я буду резать твоего брата на куски, — колко отметил я с явным злорадством, встречаясь с ней взором и откровенно кивая на разозлённого Вестара, — то пошире раскройте глаза, чтимая Ульрика, чтобы ничего не пропустить! Думаю, вам понравится кровавое зрелище и его визги…
— Ах ты щенок… — угрожающе зашипела сестра Снежинки. — Тебе не жить!
Та живо сделала движение вперед, но на этом всё и застопорилось, потому как через секунду над Бойцовской Ямой раздался громогласный выкрик знакомого голубокровного управителя, который медленно поднимался в воздух:
— ДАМЫ И ГОСПОДА, ПРОШУ МИНУТУ ВАШЕГО ВНИМАНИЯ! МЫ НАЧИНАЕМ ЖЕРЕБЬЁВКУ!!!
Ну что ж, чудно! Вот и приплыли. Сейчас увидим, кого закинет в мою группу и узнаем имя того, кого я буду первым кромсать на лоскуты…
— ВСЕ ЖДАЛИ ЭТОГО ЧАСА, И ОН НАСТАЛ! — голос голубокровного звучал над всей площадью, а стоило тому зависнуть прямо в воздухе, как он неторопливо обернулся по сторонам. — Сто двадцать восемь счастливиц и счастливчиков смогли перенести трудности предварительного этапа и оказаться здесь.
Ну да, как же… Счастливчики.
— Прежде чем они вновь ввяжутся в битву предстоит жеребьёвка. Вы, конечно же, в курсе, что будут созданы две группы по шестьдесят четыре разумных. Второй этап продлится целых три дня. И лишь в конце третьих суток мы увидим поединок, в котором сойдутся победители из обеих групп. Они и разделят между собой тысячное и девятьсот девяносто девятое место в рейтинге Неукротимых. Само собой, если выживут оба, а не кто-то один, — загадочно хмыкнул управитель. — Саму жеребьёвку проведут наши уважаемые служители оберегов, и они же станут судьями на этом кровавом пиршестве. Проводиться сражения на выбывания будут по старым традициям: запрет на алхимию, запрет на усиливающие или же ослабляющие артефакты, оружие дозволяется любое. Смерть… дозволяется. Победит лишь сильнейший! Впрочем, если противник захочет сдаться, то… Небеса ему судьи! — заключил колко аристократ, медленно спускаясь к изголовью площади, а его тон внезапно стал заметно тише. — И помните, дамы и господа. Возможно, сами небожители захотят взглянуть на своих будущих героев и героинь. А теперь… — голос голубокровного вновь стал громким и тот перешел на полноценный крик. — МЫ НАЧИНАЕМ! ПОПРОШУ ВЕЛИКОЧТИМУЮ АРНЛЕЙВ ПРОВЕСТИ ДЛЯ НАС ЖЕРЕБЬЁВКУ!
Каждое слово управляющего сопровождалось аплодисментами зрителей, но их звук в стократ усилился, когда за спиной у валькирии копья света материализовались и расправились огромные белоснежные крылья, а после та с величественным видом плавно спорхнула со своего пьедестала и неторопливо подошла к чаше с камнями.
Сама жеребьёвка оказалась более чем простой и в то же время необычайно сложной. Насчитывалось всего-навсего сто двадцать восемь камней. Камни-артефакты в чаше являлись теми самыми участниками. Светлой альве останется лишь вытаскивать их друг за другом. Каждый первый будет определен в левую группу, а каждый второй в правую. В обоих отрядах будет создана последовательность, которая и образует состязательную сеть.
Именно в этом и заключалась основная сложность. Я не в ладах с Севером и уж точно не друг для Арнлейв, а посему меня ожидает весьма и весьма сложный путь.
'
Жеребьёвка шла неспешно, а вся центральная площадь погрязла в тишине. С каждым движением руки Арнлейв, то в левой, то в правой магической проекции появлялись имена тех самых счастливчиков, которые через пяток секунд узнавали и своих будущих противников. Тем не менее моего имени там пока что не появилось.
Впрочем, имелась одна змея, которая будет только рада моим трудностям. Эта дрянь стояла чуть впереди меня и с жадным интересом наблюдала за любым вспыхивающим именем на проекции. Другие же голубокровные быстро отделились прочь и сейчас мы находились в неком одиночестве под пологом тишины дочери Данакта.
— От них стоит ждать проблем, юная госпожа? — невозмутимо вопросил я, бросая косой взор на группу великородных северян.
