Эпоха Опустошителя. Том V полностью

Вот только подобному финалу не суждено было сбыться. У судьбы для него имелись иные планы. В принципе, я никоим образом от него не отличался. Боль внутреннего мира на миг полностью стихла. Только сейчас я осознал, что припадок по какой-то причине отступил на неопределённое время, и всё же не это являлось главным. Важным было то, что в какой-то миг удалось услышать знакомый металлический треск. Звон цепей казался пронзительным. Он захлестнул всё нутро подобно разгорающемуся костру. Плоть и кожа в прямом смысле раскалились, а затем, чтобы не сгинуть вместе с инферийцем я нанёс удар прямо в скопление силы для саморазрушения. Ладонь вошла глубоко в грудь практически до самого локтя и всё ранее накопленное пламя я подавил в теле Атараза единым махом.

— НЕТ! НЕТ… Нет… невозможно…

Вой диабала начал стремительно затихать, а его некогда могучее тело, что обратилось мумией, накренилось назад и с глухим звуком свалилось на залитую кровью брусчатку внутреннего двора. Тот продолжал тяжело сипеть, а из глотки вырывались предсмертные хрипы.

— Чтобы я… и… жалкому человеку…

Однако на причитания практически дохлой твари стало абсолютно плевать. Лишь через мгновение я осознал, что что-то было не так, потому как финальную атаку я умудрился нанести правой рукой. Именно той, которая в данный миг отсутствовала. Пару секунд я с толикой неверия наблюдал за конечностью, что оказалась погружена глубоко в грудь Верховного, но затем взяв эмоции под шаткий контроль, начал медленно вытаскивать её наружу.

И чем больше я лицезрел, тем необъяснимей становилось на душе. Напрочь окровавленная правая рука ощущалась как родная, но вот её вид малость озадачил. Ни кожи, ни плоти более не существовало в том смысле, в каком её можно понимать. Отныне до самого локтя та преобразилась. Складывалось впечатление, что она состояла из раскалённых каменных углей, а на стыке тех самых угольков пульсировало живыми венами-прожилками… пламя Инферно. Правая рука без остатка поглотила в себя весь огонь, что я вырвал напоследок из туши Атараза.

« Ранкар… твой внутренний мир…» — завороженно прошептала Альяна.

Да, малышка, я уже понял, — устало прошелестел я. — Четвертый источник. Пробудился Огонь, не так ли? Эта рука… его порождение и детище.

«И не простой Огонь, миленький. Далеко не простой. Это… это нечто! Касательно руки, то вероятнее всего тут твоя заслуга. Ты создал её инстинктивно в бою».

Плевать на этот Огонь. Позже… Всё… позже. Ты как? Справилась?

«Я чувствую себя великолепно, — радостно завизжала Альяна. — Могу с уверенностью сказать, что нахожусь на пике данного этапа своего восстановления».

А вот мне… — прошептал едва слышно я, отрывистом тоном. — Что-то… хреново…

«Ранкар, не вздумай отключатся. Сейчас нельзя. Нам нужно уйти. Уйти… как можно дальше от других».

Я… поста… раюсь, — сбивчиво сглотнул я, ощущая, как тело начала охватывать знакомая подступающая дрожь.

Дрожь будущего припадка.

Все ранее активированные техники стали медленно выпускать из своих цепких объятий. Лишь пару вдохов погодя я понял, почему припадок отступил ранее. Сердце Опустошителя поглотило недостающую долю энергии Атараза и уравнялось со вторичной Жаждой Неистовства. Впрочем, надолго такого бонуса не хватит. От выплеска не уйти. Я отсрочил его хорошо если на полчаса.

Впрочем, все вялотекущие мысли прервал едва слышимый сиплый хохот и неразборчивые хрипы.

— Ты… ты сдо… хнешь… Сученыш… Изувера… Сдо… хнешь… Кетар и… Аншира… прикончат… тебя… Тебе… не скрыться… И как… только… умудрился… выжить… в тот… раз…

От былого могущественного Атараза Даррана осталась только жалкая тщедушная тень и хлипкая оболочка. Передо мной в собственной крови, дерьме и переломанных костях лежал без пяти секунд мумифицированный труп.

— Тебе… не… выжить…

Однако слушать дальше трепыхания падали я не стал и с трудом выпрямившись во весь рост, медленно занёс ногу над черепом твари, а затем со всей силы опустил её на гарду спаты, которая по-прежнему торчала в его глотке.

— Они будут следующими, — хрипло обронил я, сплюнув сгустки крови прямо тому в рожу. — Я казню тех мразей так же, как и тебя…

Удар получился слабым, но и Верховный Баала был уже не тем, что прежде. Раздался скрежущий хруст с треском и клинок разворотил половину головы диабала, как гнилой арбуз, остановилось лезвие лишь тогда, когда встретилось с многовековым камнем дворовой брусчатки.