Напоследок я лишь ободрительно подмигнул Искриде и вновь исчез прямо у всех на глазах, отчего по залу прокатилась шепчущая волна изумления.
— Деспот…
— Тень Искриды…
— Он тут…
— Предатель на службе…
— Убийца Атараза…
— Пустой…
Однако гробовая тишина и перешёптывания продолжались недолго, потому как практически сразу тронный зал наполнился кровожадными овациями и радостным свистом. Краткое представление пришлось по душе уйме народа.
— Он пешка, — одними губами пробормотала Навия, понимая, что я прекрасно её слышу.
— В курсе, — едва слышно отозвался я. — Где основные актёры?
— Внутренний двор.
— Тогда не будем заставлять их ждать, — улыбнулась хитро Искрида и решительно последовала прямо к нужному месту, между делом игнорируя тех, кто желал её поприветствовать.
Чем ближе я находился к своей цели, тем быстрее росла удушающая ярость в груди, и под напором тлеющей ярости сердце Опустошителя и Жажда Неистовства стали резонировать в едином ритме. Они словно предвкушали кровавую баню и готовились к бойне наравне со своим хозяином.
Силуэты нужных демонов виднелись издали. Они оказались в эпицентре внимания всего внутреннего двора и рядом образовалось пустующее пространство. Ни один из Высших, за исключением Шаграна, даже не помышлял приближаться к ним. Тут находились не только «будущие мужья», но и еще с десяток неизвестных Верховных, однако мой взор сфокусировался лишь на двоих. На тех, кого я никогда не забуду в своей жизни.
Аншира Хаерон и Кетар Ифар’от.
К этому моменту я едва сдерживался, чтобы кого-нибудь ненароком не прикончить и пришлось прибегнуть к проверенному методу.
Ярвир, дай мне сил не сорваться в ответственный момент!
Мысли малость отрезвило, но хватит эффекта ненадолго.
Большая часть инферийцев, будто не видя Искриду, мило общалась между собой, но вся их наигранная фальшь не укрылась от глаз просвещенных. Причем ни один из них не подумал повернуться в её направлении, но первый голос, что донесся до моего слуха, принадлежал какой-то визгливой инферийке.
— Слышали бы вы, как выглядела голова сучки Ванадис после смерти! Лучшего зрелища я не видела в своей жизни! Если бы не вмешалась сама Фрея, то мы бы успели прикончить больше её потаскух.
На миг я оторопел от услышанного и перевёл взгляд на хохочущую стерву и её компанию.
Голова? Сучка Фреи? Неужели она о… Христе?
— Кто эта визгливая стерва? — осведомился я быстро у Навии, глядя на неизвестную диву.
— Элвара. Элвара Фаррак, — шепотом пояснила волчица с невозмутимым лицом. — Одна из подстилок самого Астарота.
Похоже, всяких мразей тут собралось в избытке. Что ж, так даже лучше.
— Дай угадаю, Элвара, — как можно громче заговорила Искрида, медленно приближаясь к компании Верховных и привлекая всё их внимание к себе. — Ты снова рассказываешь ту самую историю с убийством валькирии, не так ли? Сколько раз ты успела её поведать?
— Неужели тебе завидно, Опаляющая? — с мерзкой ухмылкой осведомилась дива, неторопливо поворачиваясь к правительнице Лавалара.
— Завидно? — приподняла брови гиара с едкой насмешкой, останавливаясь прямо напротив Элвары. — Чему тут завидовать? Тому, что вы числом задавили служительницу? Не напомнишь сколько вас было во время вторжения? Сколько Верховных демонов приходилось на одного служителя? Пять? Шесть? Десять?
— Не зли меня, Опаляющая! — повысила голос дива, угрожающе глядя на соперницу. — Другие может тебя и боятся, но я не из их числа!
И вот затем зазвучал настолько ненавистный голос, что меня невольно передёрнуло.
— Элвара права, — спокойно заметила Аншира, с удовольствием потягивая из фужера вино, а сама демонесса находилась в своём истинном облике. — Прикрой свой шаловливый ротик, Искорка. Я не желаю слышать упрёки от предательницы.
Ярость в груди вновь разгорелась с новой силой. Нутро выворачивало наизнанку только от её присутствия. Клинки сам тянулись к её глотке. На остатках здравомыслия я понимал, что не вывезу схватки один на один. Как ни крути, но Аншира являлась Кровной Верховной. После выпадения из призрачного состояния я успею нанести максимум одну сокрушительную атаку и не факт, что смогу сделать брешь в обороне. Продержаться я смогу некоторое время, но по итогу она меня всё равно прикончит.
— Я предательница, значит? — переспросила дочь Марагны, теряя всяческий интерес к диве и плавно поворачиваясь к Верховной Аббадона. — Слышать такое от обезумевшей дряни весьма приятно. Для меня такое обращение комплимент. Мы с тобой хоть и одного рода племени, но я не режу своих лишь по одной прихоти. Я не убиваю детей. Я не убиваю стариков. Я не убиваю слабых.
