Чтобы запутать меня, находясь в паре метров от своей цели те призвали на помощь в бою эссенцию, а следом в едином ритме на свободу вырвалось их оружие. На той или иной части тела иерихонцы имели татуировки с сильным артефактным оружием. У Хиала оттиск находился на тыльной стороне ладони, у Далены на бедре, а у Байрина на запястье. Размер их пространственных оттисков выглядел скромным. Он не шел ни в какое сравнение с моим. Впрочем, призывать Руну я даже не помышлял.
Использовать Жажду Неистовства несправедливо в такой ситуации, но мне стало плевать. Две техники слились в одну. Все движения оппонентов показались какими-то вялыми и квёлыми, словно они угодили в кисель, и чтобы развлечь себя, пришлось рвать ритм. От хопеша Урано я ушел скользящим движением влево, но практически сразу перед глазами образовался росчерк рапиры Кисы, а массивный клинок Байрина мог спокойно лишить меня обеих ног. Однако в дело как нельзя вовремя вступили Гаммы. Левая без особого труда проломила атаку зверородной, отчего ей пришлось отступить, а правая невозмутимо заблокировала орудие воспитанника Ханда. Всего на секунду образовалась пауза и лишь звон харалуга твердил о том, что бой закипел, но затем исчезла и эта заминка, когда замешкавшийся Хиал вернулся в строй и попытался помочь напарникам.
Сталь пела и танцевала. Впервые за долгое время я сражался не с помощью смеси магии и эссенции, а просто с помощью эссенции, опираясь лишь на физические показатели организма и многолетние тренировки. И честно сказать, это накатывающее чувство пробудило в памяти нечто странное и ностальгирующее.
С каждым днём нахождения в данном мире, я убеждался в одном очень важном факте. Не знаю как. Не знаю почему. Не знаю каким образом. Я не мог объяснить такое умозаключение, но Бетал являлся не просто умельцем своего дела. Он был чудовищным мастером, который своими навыками и искусностью в фехтовании мог бы затмить даже Хаззака. Еще обучаясь в синдикате, я стал понимать, что старик не так прост. Но когда попал на Вечное Ристалище и начал использовать его учения тут, всё стало только сложнее. Ведь то, что я знал и умел. Всё чем обладал — этому меня обучил именно он. Учителя в синдикате мизинца не стоили от этого загадочного калеки. Сейчас я прекрасно осознаю, что по силе старик уступает огромному количеству людей с Альбарры. Он не ровня в боевом плане Дэймону, или какому-нибудь захолустному Мастиру Клинка, или этим троим, но его знания и умения не могли не поражать обширностью и универсальностью. Теории Бетала и его знания не видели никаких границ. Если становился сильнее я, то и мои техники ником образом не устаревали. Они прогрессировали следом. Они развивались вместе со своим хозяином. Даже техники и умения голубокровных, тех, что стояли на вершине Альбарры, не шли ни в какое сравнение с тем, чему обучил Бетал. По большому счету попросту невозможно, чтобы дворник из какого-то захолустного мирка мог обладать такими знаниями, но прямо сейчас я делал и поступал так, как меня учили. Невозможное становилось возможным.
И в очередной раз суть данного умозаключения подтверждалось.
Умения и боевые навыки моих противников из касты благородных и голубокровных находились на высочайшем уровне, но по какой-то причине все их потуги разбивались об учения обычного калеки с Терры.
Бой длился уже на протяжении минуты, но ни одна из атак соперников не достигла назначенной цели. Вёрткая и хлёсткая рапира не могла отыскать брешь в покрове облачения, быстрый хопеш и массивный двуручник до сих пор не сумели обойти оборону парных Гамм, а разнообразный арсенал техник на базе эссенции не наносил мне никакого вреда, в то время как мой арсенал монотонно подавлял студентов академии шаг за шагом.
Без магии, на одной только основе эссенции мой арсенал не был велик, но атаки являлись необычайно сокрушительными. Далена как нельзя хорошо смогла ощутить это на себе. Девка вздумала всего на миг разорвать дистанцию, но это оказалось фатальной ошибкой.
Полумесяц сорвался с Гаммы и зверородная попыталась защититься выставленной рапирой и уплотнившимся покровом, но вместо того чтобы разрубить, моя сила эссенции была направлена на подавляющее действие. Раздался тихий стон и тело Кисы с оглушительным звуком ударилось о границу барьера.
— Что это такое⁈ — стал насмехаться я, глядя на противницу и наряду с этим с лёгкостью блокировал град атак сразу двух иерихонцев. — Это всё, что вы можете⁈ Это всё, чему вас научили⁈ Киса, Байрин, малыш Хиал, вы же грозились меня проучить!
В глазах у оппонентов всё сильнее росла ярость, а бой затягивался. Возможно, они рассчитывали на то, что я выдохнусь, но такой цирк стал мне надоедать. Далена вернулась в строй весьма быстро, буквально через три-четыре мгновения, и натиск иерихонцев вновь возрос. Как и их свирепость. Впрочем, у всего есть как своё начало, так и конец.
