— И эта часть ненависти и боли находится перед тобой, Влад Верейский. Именно в момент единения рассудок Истры помутился, и именно тогда часть моей души очутилась в боевой соратнице. Выплеск могущественной силы разрушил не только меня, но и её, а также тех, кто нас окружал. Я забрала в могилу столько, сколько смогла. Последняя Императрица Пятой Династии ушла вслед за своим народом. И как понимаю, более чем из полусотни оберегов живы лишь двенадцать. Знаешь, — вдруг чуть тише добавила Веритас, а её теплый взор вновь прошелся по Альяне. — Я даже рада, что она многое позабыла. Наверное, по этой причине я намеренно стёрла те кровопролитные времена. Уж лучше так… Данный грех я возьму на себя…
— Призрак и отголосок желает взять грех на душу? — хмыкнул с прохладой я, потирая устало глаза. — Хорошая шутка.
В голове до сих пор не укладывалось. Всё, что я слышал до этого на Альбарре оказалось наглой ложью оберегов. Кучка сраных лицемеров. Я догадывался, что в образовавшейся ситуации много прорех. Да и домыслы Марагны были правдивы. Обереги возжелали поставить всех в выгодное сексуальное положение, но по итогу сами в нём очутились. Я верил Веритас. От начала и до конца. Она не лгала. Протест более чем явно об этом твердил. Всё, что говорила Тень Вечности являлось сущей правдой.
— Да, в чем-то ты прав, — усмехнулась удрученно женщина, а её образ стал медленно истончаться и бледнеть. — Существование моего народа действительно показалось для мироздания шуткой.
— Что происходит? — непонимающе выдохнул я, наблюдая за её метаморфозами.
— Моё время иссякло. Срок вышел, — печально призналась Веритас, разглядывая свои истончающееся конечности. — Столь долго я протянула лишь благодаря Истре. Вот возьми, Влад, — чуть тише произнесла она, протягивая мне тонкую призрачную нить похожу на женский локон. — Это тебе пригодится. Тут крохи моей памяти об оберегах и еще кое-что. Остерегайся тех паразитов. Особенно Фрею! Я не прошу тебя мстить за Вечных, но если ты…
— Небожители это одно, но я не стану лить кровь всего мира, чтобы отомстить за твой народ, — с холодком перебил я женщину, а после с теплотой посмотрел на Альяну. — Однако если она решит, то я помогу и не оставлю её.
— Я хотела бы многое тебе поведать, но, увы, времени почти не осталось. Могу лишь сказать, что я не знаю наверняка уничтожили ли других сестёр, но крошка Разруха пала окончательно. В какой-то мере я даже рада, что Истра поглотит останки. Надеюсь, всё получится. Память моей дочери отныне будет жить в ней, — и на лице у Веритас вдруг расцвела материнская улыбка, при взгляде на рукояти скимитаров. — Она была удивительной красавицей. Ты же видел её, не так ли? — обратилась Веритас ко мне. — По какой-то причине Разруха переняла повадки и вид моей любимой Исны. Спасибо, что прекратил её страдания…
Силуэт императрицы продолжал медленно исчезать, но её улыбка становилась только шире. Словно она испытывала доселе невиданное облегчение.
