Игра в гляделки продолжалась несколько томительных мгновений. За это время женщина успела принять свой обыденный облик, а мужчина спуститься по ступеням вниз. Как итог весь ритуал закончился приветственными поцелуями в щеку и краткими объятиями.
— Я удивился твоему сообщению, — тепло отозвался архидемон Вечного Льда, присаживаясь на одну из ступеней подле трона и жестом руки приглашая инферийку последовать его примеру. — Ты не частый гость в моём доме.
— Не рад моему визиту? — с притворным возмущением осведомилась владыка Пылающей Стали.
— Прекращай свои коварные игры, — поморщился демон, снисходительно махнув рукой. — На меня они не действуют. Ты единственная кому я позволяю перемещаться прямо в тронный зал и единственная из архидемонов кого я рад видеть. Уже это говорит о многом. Само собой, твои интриги и тайны порой докучают и раздражают, но тебе повезло, что я отходчивый.
— А что нас насчёт других? — озорно ухмыльнулась женщина, присаживая рядом с собеседником.
— Ты же сама в курсе, — вновь скривился инфериец и словно невзначай стал загибать пальцы, припоминая архидемонов от слабейшего к сильнейшему. — Несмотря на то, что Синестра владычица Инферно, но большей шлюхи я за свою жизнь не видывал. Калипса недоделанная интриганка и до тебя ей как ползком до Края Соприкосновения. Саргатус и Лукреон будто дети малые не могут решить территориальный вопрос и уже которое десятилетие режут друг другу глотки и зазря проливают кровь демонов. Дамарис не успевает трахать то, на что падает его взгляд. Барбатос себе на уме. Мои мысли о себе ты знаешь. Ну а с остальными еще сложнее, — из горла у диабала вдруг вырвался горький вздох. — Астарот вконец зажрался и считает себя самым умным. Видимо, решил поддерживать дешевой гордыней собственный титул. От Нахемы даже у меня периодически сердце учащенно начинает биться, так что держаться от неё лучше подальше. Ну а о Баале с Аббадоном и говорить нечего, — покачал головой Зархон. — Режут как чужих, так и своих. Остатки здравомыслия давным-давно покинули обоих.
— Ты весьма метко описал наших коллег, — тихо рассмеялась гиара.
— Метко или нет, но это не объясняет причины твоего прибытия, — колко подметил мужчина. — Сомневаюсь, что ты заглянула на чарку-другую. Зачем явилась, Марагна?
— Ты и сам понимаешь для чего я тут, — сухо декларировала его собеседница и уперев руки в колени, медленно поднялась на ноги. — Так не может больше продолжаться.
— Аббадон, — выдохнул удрученно владыка Вечного Льда, устало потирая глаза. — Ты же знаешь, что он не единственный радикал. Мне не нужна война, именно поэтому я и ценю нашу с тобой дружбу. Ты разумна, рациональна и дальновидна. Однако начинать откровенную резню между демонами я не стану. Ты же не думаешь, что и у оберегов всё идёт гладко? — усмехнулся мрачно инфериец. — Войн хватает и на Альбарре. Недавнее кровопролитие в царстве Аделлум прекрасное тому подтверждение. Среди богов нет единства.
— Как и среди нас, — ядовито заключила гиара.
— Что ты предлагаешь, Марагна? — хмуро вопросил Зархон. — Я знаю, что он натворил в Аронтире. Знаю, что он напал на столицу. Знаю, что он продолжает вторгаться на Альбарру, а инквизиторы сейчас вовсю чистят Внутренние Земли от наших шпионов и клейменных. Но всего этого очень мало для устранения Аббадона. Как ни крути, но среди большой шестерки благодаря моему активному вмешательству возник паритет.
— Боюсь, у тебя устаревшая информация, — произнесла с издёвкой Марагна.
Брови диабала медленно поползи вверх и тот угрюмо вопросил.
— Кто еще помимо Синестры лёг под Аббадона?
— Лукреон Исказитель и Саргатус Неумолимый, — холодно изрекла Опаляющая.
— Оба сразу? — удивился Великий. — Они же терпеть друг друга не могут.
— Если мои шпионы не лгут, то Астарот и Баал надавили на них, — пояснила без какой-либо радости гиара. — Но и я не сидела без дела в это время.
— Кого ты уговорила еще?
— Калипса Шепчущая, — со скромной улыбкой ответила владычица Пылающей Стали. — Когда она узнала, что ты принял четкую позицию лоялистов, то примкнула к нам.
— Ох Марагна-Марагна, — с хитрой улыбкой прищурился Зархон. — Твоя прыть порой меня пугает.
— Благодарю, мой друг. Пламя Возмездия свидетель — от тебя подобное слышать втройне приятно, — расплылась в обольстительной усмешке женщина.
— У радикалов перевес, — поджал губы диабал, почесывая подбородок и между делом подсчитывая силы. — Остаётся только Барбатос Тёмный и Дамарис Осквернитель.
— С Дамарисом всё и так понятно, — пожала плечами Марагна. — С ним переговоры вести бесполезно. Я на сто процентов уверена, что он примет сторону Аббадона. Более продажной твари, чем Осквернитель никто в Инферно не видывал. И как жаль, что Аббадону есть что ему предложить. Дамарис давно положил глаз на Анширу Хаерон.
— Что насчёт Барбатоса?
— С ним всё сложно. Хейд как-никак. Более скрытного и осторожного инферийца я не никогда не знавала. Хотя… — вдруг ухмыльнулась гиара словно вспомнила что-то интригующее. — Попался мне тут давеча один «хейд».
