— Мерзавец и обманщик! — возмущенно завопил Илай, тряся кулакам мне в след. — Я тоже так хочу!
От каменных руин под ногами я оттолкнулся весьма резво, а благодаря телепортации оказался как раз над полем боя. Перед глазами маячила жирная грязно-зеленая тень пространственного разлома, а внизу под ногами то и дело приводилась в действии магия огня и света.
Что ж, а теперь…
Пару секунд я продолжал камнем падать вниз, но когда достиг необходимой высоты, резко распростёр крылья и завис в воздухе прямо над сражением.
— Жди! — холодно отрезал я, глядя сверху-вниз на вопящих мёртвых тварей и материализуя в руках знакомые черно-багровые шипящие протазаны. — Скоро увидимся, костлявый мудозвон!
……
……
……
Я продолжал метать стрекочущие снаряды из Эссенция с Тьмой в гущу врагов. Они с сокрушительной силой достигали Земли, взрываясь и уничтожая всех, кто стоял у них на пути. Когда же моё парение оказалось в самой низшей точке в руках сразу образовались Гаммы.
Резкие взмахи серповидных клинков породили в пространстве передо мной два последовательных кроваво-черных шлейфа, которые понеслись в самую гущу нежити, а затем через секунду попросту смели часть мёртвого воинства, оставляя после себя лишь пустоту и искореженный ландшафт.
Армия Августа без каких-либо проблем справилась бы с таким противником и сама, но моя задача сейчас лежала абсолютно в иной плоскости — я должен был понять, какой реакция у тварей будет на мои техники. Честно сказать, увиденное порадовало. Хоть и маленькие, но шансы на успех имелись.
Благодаря крыльям я через несколько секунд мягко спикировал подле Вакара, который стоял в гордом одиночестве и не сводил с меня цепких глаз. К данному моменту времени битва с передовым отрядом мёртвых практически завершилась, а разлом уже не сиял столь ярко.
Несколько секунд мы играли с отцом Эйсона в гляделки, а затем он ни с того ни с сего позволил себе слабую, но одобрительную улыбку.
— Ты всё больше начинаешь напоминать мне молодого Дэймона, — хмыкнул понимающе доминант, с интересом глядя на крылья. — Чересчур гордый, настырный, зачастую излишне настойчивый и… порой не знаешь, куда необходимо направить переизбыток силы с возможностями.
— Не знаю почему, но от вас подобное звучит, как комплимент, — усмехнулся невозмутимо я.
— Это и был комплимент, — со скупой ухмылкой изрёк Вакар, продолжая смотреть на мои рассеивающиеся крылья. — Спасибо, Ранкар. Благодаря твоему вмешательству мне в голову пришла мысль, которая поможет сохранить больше жизней для моих воинов.
— Здорово, Ранкар! — радостно выпалил Эйсон, оказавшись подле меня и собственного отца. — Здорово!
— Показушник! — весело гоготнул Илай, приложившись ладонью мне по спине. — Беру свои слова назад, порой ты умеешь приободрить и вселить надежду. Небесами клянусь, о тебе говорят. Сам посмотри.
Лишь только после замечания Аванона я осознал, что огромное количество тех, кто участвовал в сражении, с почтением косились в нашу сторону и что-то хаотично обсуждали между собой.
Правда, Вакар весьма живо покинул нашу компанию. Шагая в сторону штаба, он уже во всё горло отдавал приказы.
— АРТЕФАКТОРЫ, ВОССТАНОВИТЬ БАРЬЕРЫ И СИГНАЛЬНЫЕ СЕТИ! ПИРОМАНТЫ И ГЕОМАНТЫ, РАСЧИСТИТЬ ПОЛЕ БОЯ ОТ ОСТАНКОВ! АЭРОМАНТЫ, А ВЫ СДЕЛАЙТЕ ТАК, ЧТОБЫ МЫ НЕ ЗАДОХНУЛИСЬ ОТ ЭТОГО СМРАДА! НЕ ВЗДУМАЙТЕ РАДОВАТЬСЯ РАНЬШЕ ВРЕМЕНИ! ЭТО ВСЕГО ЛИШЬ ОТРЯД РАЗВЕДКИ ТОЙ ПРОКЛЯТОЙ ТВАРИ! ХУРД, МИАЛЬ, КИНСТ! ВЫ ТРОЕ ЖИВО КО МНЕ! И ЗАХВАТИТЕ С СОБОЙ КРИСТИН! ВСЕМ ОСТАЛЬНЫМ КОМАНДИРАМ БЫТЬ НАЧЕКУ! ПОЛНАЯ БОЕВАЯ ГОТОВНОСТЬ! С ЭТОЙ САМОЙ СЕКУНДЫ МЫ В СОСТОЯНИИ ВОЙНЫ!!!
Впрочем, пока все выслушивали выкрики генерала, Илай и Эйсон уже мчались прямиком к Вакару. Я же просто шагал следом. Оба парня смогли застать Августа только у входа в штаб.
— Отец, а что делать нам с Баламутом? Для нас будут приказания? Мы хотим помочь!
— А я разве вам не сказал ранее? — со строгим выражением лица отозвался лорд. — Ни один из вас не будет вступать в битву. Я не хочу раньше времени похоронить сына, — с холодком добавил мужчина, взглянув на отпрыск. — Не хочу лишиться головы из-за гнева владыки Аванона, если с его наследником что-то случится, — взор доминанта перетек на помрачневшего Илая и напоследок тот заглянул мне в глаза. — И я не хочу жертвовать своей дружбой с Изувером из-за возможной гибели его воспитанника. Отныне вы будете находиться на дальних рубежах лагеря.
— Но, отец! — возмущению Эйсона не было предела, тот чуть ли не задохнулся от гнева. — Я тоже Август! Я хочу помочь! Я должен смыть позор! Я…
