—
—
Пелена переполняющей ярости почти застлала глаза, окровавленное тело едва держалось на ногах, но каким-то образом Альяна смогла удержать его на весу, а встревоженные глаза девушки вновь замаячила перед лицом.
Содрогнулся не только внутренний мир, содрогнулась и моя душа. Показалось, что окровавленную левую ладонь я рассматривал целую вечность. Не знаю, откуда взялись силы, но из-за слов Альяны в прямом смысле стало чуточку легче дышать и вместо злополучного призыва Неистовства, я произнес столь приятные и знакомые языку слова.
—
Находясь в шаге от смерти, я догадывался, что замысел Руны увенчался успехом, ведь она вернулась, но я чудовищно ошибся. Успех красотки Истры превзошел мыслимые и немыслимые ожидания. По всей видимости, слияние двух Рун пошатнуло устои мироздания.
Впервые на моей памяти клинок появлялся не как обычно. Его материализация сопровождалась нарастающим пронзительным воем, окружающая местность затрещала под напором разрушительной силы, разрывая на куски само пространство. Мёртвая коллизия словно сопротивлялась рождению столь несравненной мощи, но удержать в узде подобное стало попросту невозможно. Вой слился с ревущим треском, а под конец явления образовались черно-фиолетовые разряды молний, которые окутали Руну Истребления на манер ножен.
На лезвие вспыхнул один символ, после второй и напоследок третий. Слегка мерцал только четвертый заключительный знак. Орудие Древних практически завершило свою реконструкцию. До полного восстановления не хватало крошечного мизера — кончика острия.
Отныне в моих руках находилось не жалкое подобие, а практически полностью исцеленная Руна Истребления. Длинна угольно-черного лезвия достигла метра, а нескончаемое мерцание тёмно-фиолетового окраса поражала сокрушающей пульсацией. Теперь даже я не мог полностью оценить мощь создания Древних.
—
—
Вот только удивила не только красота и изящество клинка, но и новые способности. Каким-то образом спата умудрилась вдохнуть жизнь в практически мёртвого хозяина и вскоре всё встало на свои места, когда за спиной вновь раздался убаюкивающий голосок Альяны.
—