Своей цивилизаторской миссией приходская церковь и пастор пусть и несовершенно, но исполняли ту работу, которая в более раннюю эпоху осуществлялась монастырями, несшими христианскую веру в широкие слои общества. Крупные монастырские ордена, которые передали наследие христианства и латинской цивилизации военным классам Западной Европы, уже давно перестали быть теми, кто обращал в новую веру. То же самое произошло и с капитулами богатых каноников – черными августинцами и белыми премонстрантами – которые служили таким великолепным коллегиатским церквам, как Саутверк, Уолтем, Смитфилд, Св. Варфоломея, Уэлбек и Крайст Черч, в Гемпшире, хотя некоторые из них изначально были основаны, чтобы осуществлять миссионерскую деятельность. Монахи, рекрутируемые теперь не из людей с явными миссионерскими наклонностями, но в основном из младших сыновей мелких землевладельцев и горожан, далеко отошли от жизни крестьянства, чья десятина и ренты поддерживали их великолепные учреждения. В своих церквах они все еще продолжали исполнять обычный круг служб, молитв и песнопении. Но хотя венценосные и знатные персоны часто посещали более знаменитые обители, оставляя в память о своих визитах дары из драгоценностей и мощей, за исключением нескольких более крупных аббатств, где часть церкви использовалась для нужд прихода, обыкновенные миряне не принимали участия в их изолированном существовании. В Бери Сент-Эдмундс монахи построили две церкви по обе стороны ворот аббатства, одну для горожан и одну – для пилигримов, чтобы хранить свою святость для самих себя. Монахи Вестминстерского аббатства построили церковь Св. Маргариты, чтобы избежать использования южного придела для приходских богослужений. Этим аббатства отличались от мирских кафедральных соборов, где многие каноники и пребендарии не жили постоянно и чьи нефы местные жители использовали в качестве центров для своей публичной жизни. Экзетер, где внутри собора во время ярмарки и на день Св. Павла возводились киоски, где купцы устраивали свои сделки и даже проститутки предлагали свои услуги и где у каждой колонны находился барристер для консультации клиентов.
В отличие от тех, кто жил внутри своих иммунитетов и свобод и подчинялся только своей собственной юрисдикции, общественный контакт с такими крупными монастырями сводился к выплате ренты, десятин других служб их чиновниками и бейлифам, к аккуратно выверенному с точки зрения иерархии гостеприимству, предлагаемому им путешественникам различного социального происхождения, и к раздаче кусков мяса, которое раздатчики милостыни осуществляли у ворот монастыря. Их владения – включавшие большинство самых крупных пригодных для жилья помещений в округе – также иногда использовались для проведения парламентских сессий; зал капитула в Вестминстерском аббатстве являлся обычным местом заседания рыцарей и горожан Общин. В Глостере монахи вынуждены были освободить свое помещение и разместиться в палатках в саду, когда здесь проходили заседания парламента; другое заседание, назначенное в Кембридже, было проведено в приорстве Варнуэл, прямо рядом с городом.