В августе того же года король и принц приняли участие в более серьезном деле, на этот раз на море. Кастильский флот, перевозивший мериносовую шерсть во Фландрию, воспользовался тем, что Пять портов обезлюдели, чтобы грабить английских купцов в проливе. Для того чтобы перехватить его на обратном пути, в Сандвиче собрался небольшой флот из 50 мелких кораблей и пинасов, укомплектованный цветом английского рыцарства. Среди, них были почти все изначальные члены Ордена Подвязки; и даже десятилетний сын короля Джон Гонтский был там. Отплыв из Сандвича, они встретили испанский флот рядом с Дангнессом в полдень 29 августа и сразу же напали на него. «Их корабли были настолько больше наших, как замок больше хижины», – написал Джеффри ле Бейкер. «Облаченный в черную бархатную куртку и бобровую шляпу, которая очень шла ему», король поднял свой флаг на флагмане «Томас», пока молодой Джон Шандо и королевские волынщики развлекали его в минуты ожидания боя новым германским танцем. Как и при Слейсе битва стала триумфом английских лучников, которые, расстреляв испанских арбалетчиков и метальщиков, превратив их палубы в руины еще до того, как рыцари и тяжеловооруженные воины вскарабкались на борт, чтобы закончить бойню. Хотя и корабль короля, и корабль принца затонули, день закончился захватом 17 галеонов и бегом оставшихся в живых, пока толпы подбадривали победителей у скал Уинчелси. Тем вечером королева, которая провела весь день за молитвой в Бетлском аббатстве, воссоединилась с Эдуардом и сыновьями в замке Пивенси, «где лорды и леди провели ночь в большом веселье, беседуя о войне и о любви».
Победа помогла восстановить английские морские коммуникации со своими истощенными гарнизонами в Гаскони. Ибо чума оставила страну в опасном недостатке военной силы. Чувствовалась нехватка моряков, чтобы управлять кораблями, лучников и тяжеловооруженных воинов для охраны земель в Гиени и Бретани. Маленькая страна страдает от истощения сильнее, чем большая, и диспропорция между населением Франции и Англии теперь играла большую роль. В 1353 году каждому держателю земли с годовым доходом в 15 фунтов было приказано явиться для посвящения в рыцари и несения соответствующей военной службы, в противном случае он должен быть оштрафован как нарушитель, и двумя годами спустя половина мужчин в возрасте, пригодном для несения военной службы, из двух Дербиширских деревень, была на войне[394]. Когда население сократилось до двух-трех миллионов, Англия была вынуждена пополнять свои иностранные гарнизоны гасконцами, бретонцами, фламандцами, ирландцами и германцами.
В августе 1350 года, за неделю до победы Эдуарда на море у Уинчелси, только что взяв себе невесту 18 лет, Филипп Валуа умер в возрасте 58 лет. Ему наследовал его сын, Иоанн II – «Le Bon» или «Добрый». Ярый приверженец идеи рыцарства и военной славы, в отличие от своего отца, он отказался возобновить перемирие. Война, таким образом, продолжилась в довольно беспорядочной манере, пока обе страны приходили в себя после Черной Смерти. На юге французы медленно создавали большую армию, которая в начале 1353 года захватила Сентонж. Генрих Ланкастерский, находившийся в крестовом походе в балтийских землях вместе с тевтонскими рыцарями[395], был недоступен, чтобы защищать южные доминионы своего суверена. Но губернатор Кале сэр Джон Бошам – брат лорда Уорика – был послан на защиту провинций, над которыми нависла угроза. Достигнув осажденной столицы Сентеса, прибыв вовремя, он одержал 7 апреля еще одну поразительную победу против огромной армии. Два французских маршала были в числе захваченных в плен, победители составили себе состояние только на одних выкупах. Затем, торопясь обратно на свой пост в Кале, Бошам нанес поражение французам при Ардре.