Эпоха рыцарства полностью

В ту иерархическую эпоху первым делом рассматривались жалобы крупных землевладельцев. Во времена, когда доход с земли являлся почти единственным источником существования для всего населения, за исключением небольшого количества купцов-спекулянтов, владельцу этого дохода уже при своей жизни приходились обеспечивать будущее не только своего наследника, но и других детей, а также и вдовы в случае своей смерти. Чтобы не пустить их по миру, он должен был выделить из семейного наследства специальные небольшие поместья для поддержания своих детей, их детей и внуков. Чтобы не пострадали его наследники, он должен был удостовериться, что эти поместья, выделенные из его основного земельного фонда, вернутся обратно после того, как с их помощью будет достигнута поставленная цель. Выделяя землю сыну в момент совершеннолетия или дочери по выходе замуж – maritagium[154]как это называлось – даритель оговаривал, что земля должна вернуться к нему или его наследникам, если потомство получившего в дар пресечется в течение стольких-то поколений.

Такие договоры были весьма сложны в соответствии с правилами и требованиями феодального пожалования. И в течение XIII века юристы общего права своими ясными и точными определениями ввели в употребление принцип – если земля была отдана «X и его кровным наследникам», то это означает – безусловно X и его наследникам, как только будет рожден его кровный наследник. Пользуясь такой интерпретацией, любой беспринципный человек – скажем, муж дочери, которой было даровано временное земельное пожалование, – мог распоряжаться собственностью как будто это его собственный лен, а не просто земля, отданная в пожизненное пользование. Таким образом, как потомство от данного брака могло быть лишено пожалования, им предназначенного, так и владение дарителя – права возвращения имущества к первоначальному владельцу.

Естественно, дарители и их наследники, не разбиравшиеся в юридических тонкостях, считали такое отторжение разновидностью обмана. Оно в особенности возмущало магнатов, которые, являясь главными держателями короны, до сих пор вынуждены были платить со своих урезанных ленов феодальные платежи и поставлять людей в войско короля как с целого лена. Этим жалобам, которые король должен был удовлетворить, что стало возможным благодаря действию его собственного закона, была посвящена первая глава второго Вестминстерского статута. В ней не предпринималась попытка установить максимально длительный порядок наследования земли без права отчуждения – это положение общее право рассматривало как необдуманное и недостижимое. Ее целью, как указано в преамбуле, было гарантировать, что, когда пожалование осуществляется на определенных условиях для обеспечения того, что называется держанием «of curtsey»[155], вдовьей части или maritagium, права обоих бенефициариев и того, кому эта земля должна быть возвращена, должны уважаться, а «воля дарителя, выраженная в хартии дарения, должна соблюдаться».

Именуемая по своим первым словам статья De Donis Conditionalibus[156]устанавливала основной принцип английского земельного права. Она не только защищала право возвращения земли наследнику первоначального собственника, но, запрещая отторжение со стороны получателя пожалования и таким образом гарантируя права его потомству, она признавала новый вид наследуемого поместья – неотторжимого до тех пор, пока были живы потомки первоначально получившего такое пожалование. В пределах возможного она гарантировала принцип первородства при наследовании как родительского поместья, так и пожалованных земель. Благодаря упущению в одной из статей статута, поколение спустя была найдена лазейка, позволявшая не самому получателю пожалования, но его сыну отторгнуть землю и таким образом лишить наследства своих потомков. Но замечательный судья, живший в течение царствования Эдуарда II, Главный судья Бересфорд, знал, что имел в виду Хенгем, когда разрабатывал De Donis, и настаивал на знаменитом утверждении, что надо рассматривать прежде всего дух, а не букву закона, и восстановил порядок наследования в пользу внуков, установив таким образом прецедент, которому следовали все суды[157]. И хотя столетие спустя юристы нашли другие способы, дающие собственникам заповедного имущества право препятствовать установленному порядку наследования, к тому времени в семьях как крупных, так и средних землевладельцев, несмотря на право первородства, окончательно утвердился принцип наследования земли посредством раздела, как и в других западных королевствах. Вместо того чтобы делиться между младшими сыновьями, земельная собственность в Англии должна была передаваться династически[158].