Снежный мир Элласа стоит на грани войны, победителя в которой не будет никогда. В самом сердце одной из держав зарождается начало Сопротивления, которое однажды развяжет масштабную войну за свободу. Алкид — кто он, безумец или гений? Жертва экспериментов или новый биологический вид? Как бы то ни было, сейчас наступает его эра.
Семела ощущала себя неловко так далеко от родного сектора Бета. Даже запахи здесь были странными, чуждыми, воздух насквозь казался пропитан формалином и медицинским спиртом. Близость от «камеры обскура» вызывала ещё больший трепет. Она непроизвольно задержала взгляд на двери в лабораторию. Ей льстило, что её стали допускать до самых важных проектов Акрополя, но некоторые вещи оставались за гранью её понимания. От двери исходила скрытая угроза. Семела испытала облегчение, когда дверь осталась позади.
Она ещё раз смерила взглядом спины двух солдат. Те были не разговорчивее машин, уж точно не собирались проводить ей экскурсию по сектору Альфа. Семела могла только гадать, куда именно её ведут.
Акрополь представлял из себя бесконечную вереницу лабиринтов с одинаковыми коридорами и такими же одинаковыми дверьми. Далеко не на каждой можно было встретить опознавательные знаки. Семела работала здесь уже третий год, но так и не научилась ориентироваться в родном корпусе, что уж говорить про целое здание. Одним богам было известно, какие заговоры плелись на верхних этажах и какие секреты скрывали в подвалах. Акрополь был всем — военной базой, исследовательской лабораторией, тюрьмой для политических заключённых и местом дипломатических конгрессов. Сюда вели дороги со всей Ойкумены.
Семела порядком устала от ходьбы. Нужно попросить начальство, чтобы на время исследования выделили ей комнату поближе к испытуемому, да и к «камере обскура» тоже. На ходу она ещё раз взглянула в анкету, которую составляла вчера до поздней ночи. Лишь в самый последний момент ей посоветовали не придерживаться стандартных процедур, потому что испытуемый не будет отвечать на скучные опросники. Она так до конца и не понимала, чего от неё хотели, дать своё экспертное заключение или развлечь испытуемого? Но за проект «Перфекция» взялась, он был необходим, чтобы продвинуться дальше по службе.
— Пришли, — Семела и не заметила, как охранники остановились, а она по инерции прошла ещё несколько метров дальше нужной двери, увлечённо разглядывая анкету.
— Всё? Я могу заняться своей работой? — уточнила она.
— Вам провели инструктаж? — Поинтересовался один из охранников будничным голосом.
— Простите? — возмутилась Семела, спрятав непослушный локон мышиных волос за ухо.
Сколько ещё нужно выслушать протоколов, инструктажей и наставлений? Кто бы ни скрывался за белой дверью, он не заслуживал такой чести.
— Ведите диалог только на заданную тему, не давайте ему отступать от предмета беседы, не переходите на личности.
— Я не собиралась, спасибо, — Семела начинала злиться. Чувствовала себя не учёным, а девчонкой, которую мать наставляет пользоваться резинкой.
— Никаких физических контактов. Не приближайтесь к нему и сохраняйте дистанцию в два метра минимум. Это необходимо в первую очередь и для вашей безопасности. — Продолжал охранник сухим голосом. — Если он попытается приблизиться, зовите нас. Внутри комната оборудована камерами слежения и звукозаписывающими устройствами.
— Я могу, наконец, заняться своей работой? — выдавила Семела, испепеляя охранников взглядом.
— У вас есть час. В десять ровно мы будем вынуждены закончить.
— Тогда перестаньте тратить моё время.
Один из солдат открыл дверь, выудив ключ из кармана на жилетке.
Семела постаралась выпустить пар, оставив своё раздражение в коридоре и войти в помещение в лучшем настроении. В глаза ей ударил ослепительный свет из окна. Белый снег и солнце на улице саданули сетчатку. Пришлось зажмуриться и вслепую подойти к стулу напротив двери.
— Здравствуйте, Алкид. — Произнесла она, раскладывая свои записи на столе. Рассмотреть испытуемого сразу она не могла, на него лился этот пронзительный свет, превращая его в силуэт бесплотной тени. Слепота прошла через несколько мгновений, но Семела так и не получила ответного приветствия. — Добрый день, — повторила она, чувствуя себя ещё большей дурой.
Испытуемый сидел напротив неё, через два приставленных друг к другу стола и смотрел через плечо на зарешёченное окно, не проявляя никакого интереса к пришедшей. Он представлял из себя болезненного вида сутулого юношу с заметной асимметрией лица. Чёрные волосы небрежно топорщились в разные стороны, и лежали слишком криво для настоящих, Семела сразу догадалась о парике.
— Алкид? Вы меня слышите? — повторила она.
Взгляд оторвался от окна, метнулся к ней. Два глаза — оба зелёные, но разных оттенков и размера старались толкнуть посильнее. В них был не просто вызов, а предложение увлекательной игры.
— Простите, Доктор Семела, я давно не видел солнца. Они предпочитают держать меня в тесном чулане под замком, — съехидничал он.
