Аркадий Петрович Завойский, руководитель московского центра сопротивления и по совмещению владелец тренажерного зала, в котором и размещался этот центр, представлял собой неординарную личность. В прошлой жизни Аркадий Петрович, происходивший из простой рабочей семьи, был одним из зачинателей культуризма, став на всю жизнь фанатом здорового образа жизни. Великолепная мужская фигура и мужской характер для него были синонимами. Он был сторонником и бодибилдинга, как процесса создания идеального тела, и пауэрлифтинга, как процесса наращивания физической силы. Победив на нескольких конкурсах, Аркадий Петрович зарекомендовал себя как лучший бодибилдер страны, после чего отошел от участия в конкурсах и занялся тренерской работой, открыв собственный тренажерный зал. Имя Завойского привлекло в его зал много известных людей, как представителей шоу – бизнеса, так и представителей власти. Мода на культуризм буквально захлестнула столицу, а сам Завойский стал образцом для подражания. Пользуясь связями, он создал сеть тренажерных залов, а несколько позже сеть магазинов здорового питания. Нажив солидное состояние, в послевоенное время Завойский все это потеряет, когда выйдет указ феминистского правительства о запрете тренажерных залов и магазинов здорового питания. В один миг его спортивная империя рухнула, а он перешел на нелегальное положение, приняв участие в создании «Партии маскулизма» и став лидером московского центра антифеминистского сопротивления. Каждый раз, возвращаясь мыслями к этому времени, он приходил к мысли, что всему виной его агитация за здоровый образ жизни. Новая власть воспринимала все тренажерные залы и прочие спортивные секции как проявление мужского шовинизма, отсюда вела с ними беспощадную борьбу, используя средства принудительной стерилизации. Аркадий Петрович оказался одним из тех, кто открыто выступил против подобной политики, став одним из лидеров сопротивления феминистской угрозе.
– Здравствуйте! – сказал я, протягивая с опаской руку Аркадию Петровичу, ожидая крепкого рукопожатия.
– И вам не хворать, Семен, – ответил Аркадий Петрович, мягко пожимая мою руку, и добавил, – Добро пожаловать в ряды сопротивления, и если можно, давайте сразу перейдем на «ты», у нас, у мужчин, так принято.
– Эээ, спасибо, я не против – ответил я с глупой улыбкой, несколько растерявшись от неожиданности, что меня уже причислили к сопротивлению, о чем я собственно и не просил.
– По твоему лицу вижу, что ты в растерянности. Не пойми меня неправильно, но оказавшись в нашем центре сопротивления, обратной дороги уже нет, да и Вася за тебя поручился, – сказал спокойно Аркадий Петрович, на губах которого играла легкая улыбка.
– Не то чтобы я против, просто я всегда осторожно отношусь к вещам, которых я до конца не понимаю, например, что такое сопротивление, и что у нас в стране происходит, – несколько осторожно скакал я, высказав свои опасения.
– Аркадий Петрович, я не все рассказал Семену. Посчитал необходимым, что это сделаешь именно ты, у тебя это лучше получится, – встрял в разговор Вася, по поведению которого можно было сделать вывод, что Аркадий Петрович и есть лидер их сопротивления.
– Вася, я вполне тебе доверяю, ты как никак моя правая рука, – ответил, улыбаясь Аркадий Петрович.
– Если так получилось, что я в рядах сопротивления, то хотелось бы знать, что это такое? – спросил я не то у Васи, не то у Аркадия Петровича.
– Ну что же, для начала познакомься с программой нашей «Партии маскулизма», – сказал Аркадий Петрович, подавая мне небольшую брошюру.
– «Партия маскулизма», я не ослышался? – спросил я, услышав смешное название партии, но от смеха удержался.
– Нет, не ослышался, именно «Партия маскулизма», так называется наше движение, состоящее из центров сопротивления. Когда – то мы имели места в правительстве и Государственной думе, но потом все потеряли и ушли в подполье, хотя, пока не буду об этом, для начала прочитай нашу программу.
– Хорошо, – ответил я, отправившись к кожаному дивану в дальнем углу тренажерного зала.
