А что же Лобановский? Он публикацию так и не одобрил («Ну что это за уровень? Бульварная газета!»). Мне рассказали, что после опубликования материала «Игра в открытую» на собрании команды Валерий Васильевич вообще строжайше запретил футболистам давать всякого рода интервью («Только с нашего ведома! Видите, к чему это привело?»). Кстати сказать, за долгие годы журналистской деятельности мне не раз довелось беседовать с выдающимися тренерами и игроками зарубежных клубов и сборных. На первых порах, желая поговорить с тем или иным футболистом, прежде всего всегда спрашивал разрешения на это у его тренера. Со временем понял ненужность подобной деликатности: в подавляющем большинстве профессиональных клубов игрок волен сам решать, беседовать ему с журналистом или нет. И никакой тренер не пользуется правом вето на интервью своих подопечных.
Талантливого и честного по натуре мальчика Сашу Заварова взрослые дяди врать приучали сызмальства, хотя бы уже тогда, когда сделали подставным игроком в соревнованиях на приз клуба «Кожаный мяч». И почему же вокруг было равнодушие, почему Саше прощали, когда («за компанию»!) юноша стал пить («Пальчиком погрозят и простят»)? Впрочем, понятно почему: голы забивал, нужен был команде, точнее — ноги его были нужны, а духовный мир — не в счет. А стал сбиваться с пути, ну что же, не он первый, не он последний («Все пьют»). Атмосфера лицемерия и обмана отравила немало хороших людей. Но, увы, к ней привыкают, как к наркотику. Вот и Саша Заваров: сказал чистую правду и... спохватился!
Позиция Лобановского мне тоже была понятна. Не осуждал я его (какое у меня на это право?), принимал таким, каков есть. Он в своей работе руководствовался лишь повседневными реалиями. А они в данном случае были таковы, что публикация в «Комсомолке» вывела из равновесия того игрока, с присутствием которого на поле «тактические принципы команды лучше реализуются». Я и не стремился переубедить Лобановского. Поздно. Только понял, что у него и его команды (впрочем, как и у нашего футбола) есть еще внутренние резервы для того, чтобы подняться на новый, более высокий уровень. Ведь мораль — один из основных способов регуляции действий и поведения человека с помощью норм. Время достаточно скоро все расставило по своим местам. Заваров, который в первые недели после публикации интервью отводил при встрече глаза, постепенно оттаял, начал здороваться. А перед самым его отпуском, когда чемпионат страны уже финишировал, мы вновь с ним обстоятельно поговорили (и снова записали разговор на магнитофон). О футболе, о жизни, о честности и порядочности. Он не ушел от прямого разговора, а я был рад, что не ошибся в мужестве и искренности этого человека.
16 декабря 1986 года в «Комсомольской правде» было напечатано письмо в редакцию «Нужны футболу перемены». Вот некоторые основные фрагменты.
